«Once upon a time in Nazi occupied France...»

Меня невозможно назвать истовым поклонником режиссёрского мастерства Квентина Тарантино, ведь я, скорее, ценю его дар к написанию диалогов, нежели виртуозность показа активных действий, понеже чаще всего на экране у него разворачивается чистейший сюр и полнейший фарс. Местами всё смотрится уместно и даже полностью обоснованно, но порой авторский полёт фантазии раскручивается на полную катушку и творческий ум выдаёт настолько лютую сценарную дичь, что так и хочется истерично закричать: «Закрой рот, пока чёрт не плюнул», — ибо челюсть от сюжетных вывертов напрочь отвисает без права на своевольное закрытие у любого, кто вкушает тарантиновское кино. Блестящим амбассадором подобного подхода служит фильм «Бесславные ублюдки». Да, зрелищный — спору нет, правда, насколько же самопротиворечивый и глупый. Например, вступительным кадром нам показывают, как деревенский мужик топором молотит пень для рубки дров. Эм… зачем он занимается одновременно и сизифовским, и вредительским делом? Видимо, ради красоты, либо кто-то попросту не знает, для чего пенёк вообще нужен. Наверное, дома хлебушек и колбасу Квентин тоже кромсает прямиком на голом столе: разделочная доска — ересь от лукавого. Всё, боле я не коснусь обычных ляпов али грехов — вознесу перо к плечу и обрушу его исключительно на сюжетные проблемы, кои ломают сам хребет истории и при исправлении запускают финальные титры раньше положенного срока. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Квентин Тарантино (Quentin Jerome Tarantino, род. 27 марта 1963, Ноксвилл, Теннесси)

Самый невероятный момент поджидает в конце первой же сцены, когда после бесконечно длинного монолога о собственной непревзойдённости Ганс Ланда — в исполнении Кристофа Вальца — берёт и отпускает бегущую в зенит героиню Мелани Лоран — Шошанну — куда глаза глядят. Создаётся впечатление, будто из ленты вырезали жирный кусок, где спустя сто метров «форы» была дана команда «взять», хотя бы дворнягам, спущенным с поводка. В реальности же девчушку никто не пытался догнать. То есть ваша айнзацгруппа припёрлась на ферму ради поимки и расстрела спрятавшейся еврейской семьи, но… отчего-то ни с того ни с сего решила проявить барское милосердие? Бессмыслица же тотальная. Тем паче к концу дня, после прочтения начальством стопки рапортов от подчинённых, кое-кто отправился бы паковать вещички и был бы выпнут на улицу без выходного пособия.

Кристоф Вальц (Christoph Waltz, род. 4 октября 1956, Вена, Нижняя Австрия)

Мелани Лоран (Mélanie Laurent, род. 21 февраля 1983, Париж, Иль-де-Франс)

Однако то были цветочки: сочнейшие ягодки зрели на соседнем огороде. Чумазая беглянка без краюшки хлеба в кармане каким-то магическим образом сумела не только документально сменить личину на абсолютно новую да незапятнанную, но ещё и обзавестись целым кинотеатром в придачу. Причём между событиями прошло всего-навсего три года, правда, нас уверяют, что с 1941 по 1944 минуло аж четыре. Ну, в любом случае, неплохой такой карьерный рост: по щелчку пальцев — от голой нищенки до владелицы бизнеса в оккупационный период во Франции.

Доле в кустах поджидает вереница бреда буйнопомешанного, скрывшаяся в сцене встречи диверсантов. Жаль, речь не про Брэда Питта в амплуа харизматичного лейтенанта Альдо Рейна, а про «гениальные» сюжетные выверты. Во-первых, брать в команду того, о ком писали все местные газеты и кто обладает максимально узнаваемой физиономией, — верх шпионского безумия. Во-вторых, накал шизофазии подкрепляется тем, что столь фактурную рожу не узнают ни солдаты, ни даже член гестапо. В-третьих, мало в чане одного колоритного бойца-удальца — ему срочно требуется помощник в лице британского агента, который не знает банального баварского жеста и выдаёт саботажную банду с потрохами. Последнее, казалось бы, вовсе не грех, а тонкая аллюзия: дескать, уделяй внимание мелочам. К сожалению, высокохудожественный элемент оборачивается чушью, поелику нам заявили Майкла Фассбендера не вчерашним курсантом из академии, а профессиональным военным лазутчиком. Представьте, ежели бы Штирлиц всюду бродил с «Калинкой-малинкой» нараспев, стараясь брать высочайшие ноты в метре от Мюллера.

Брэд Питт (William Bradley Pitt, род. 18 декабря 1963, Шони, Оклахома)

Майкл Фассбендер (Michael Fassbender, род. 2 апреля 1977, Гейдельберг, Баден-Вюртемберг)

Хотя зачем включать мозг, да? Вот и немецкое командование его не врубает, когда всей верхушкой просто-напросто собирается в кинотеатре Шошанны безо всяких проверок — и всё. Ладно бы действия разворачивались в Берлине, но на оккупированной территории не принять элементарных мер безопасности? Ни тебе танкового батальона в городе, ни роты солдат внутри здания, ни полудохлой собаки на входе — ни-че-го, особенно странно эта беспечность выглядит на фоне жутчайшей паранойи Алоизыча после покушения. А дабы диверсионное бытие совсем мёдом показалось, нужна была вишенка на торте: заполировал красоту Тарантино фирменным фетишем, когда заставил бедную девушку на сломанной по сюжету ноге взгромоздиться на каблуки без намёка на вспомогательные костыли. Тут даже гением Ландой быть не надо, чтоб за минуту заподозрить неладное и понять нечистое — достаточно самого завалящего увальня с толикой здравого смысла в башке.

Ещё ложечка серого вещества не помешала бы Шошанне, которая хамит «бравому» «герою» вермахта, ставя исполнение плана-капкана мести под угрозу срыва, вместо хитроумной увёртки. Как добыть в собственные владения кинотеатр — так ловкая лисица, а как обмануть спесивого нациста, набивающегося в кавалеры-любовники, — так дуб дубом вперемешку с сибирским валенком? Того гляди и выжила бы, коли немного пораскинула бы бестолковкой.

В итоге перед нами предстаёт не цельная история, а всего лишь набор разрозненных сцен, скреплённых через пень-колоду. Отдельные кадры — взрыв эмоций и чувств от велелепной актёрской игры. Пуще всех блистал на экране, разумеется, Кристоф Вальц, но и другие тихо-мирно в уголке не отсиживались — каждый внёс свою лепту в картину. Прочие технические моменты тоже на высоте — съёмочная группа постаралась на все сто. В частности доставило звуковое сопровождение и музыкальное оформление: любой мелкий пшик бьёт по ушам громом среди ясного неба, будто Квентин уболтал самого Тучегонителя помочь ему поработать над аудиодизайном ленты. О, как же было бы здорово, ежели в похожем ключе нашёлся бы и славный коллега по написанию внятного сценария — на край тот, кто отполировал бы все зазубрины и привёл текст в порядок, понеже сам творец нацарапал нечто откровенно бессмысленное и безыдейное, зато какое зрелищное. Посему «Бесславных ублюдков» я не воспринимаю как полноценное произведение. Для меня они — случайный набор гэгов, скреплённых общей — хоть и туманной — повествовательной нитью, но упорно отказывающихся сливаться в единое кинополотно. На ум без конца приходит идеальный пример для сравнения — фарс-комедия Владимира Валентиновича «Ширли-мырли», где вся структура — незыблемый вековой монолит, что не шелохнётся ни на градус, как его ни шатай, как на него ни дуй. Отчего же у Тарантино вышла диаметральная противоположность — жалкая гнилая избушка, рассыпающаяся под собственным весом? Ответа на столь волнующий вопрос — увы! — никто и никогда не даст. Даже находясь в руках умеющего развязывать языки командира Альдо.

Владимир Меньшов (Владимир Валентинович Меньшов, род. 17 сентября 1939, Баку, Азербайджанская ССР)

Оценка — 7 из 10

«Your worst fear is about to surface.»

Кино про всяких огромных, диких, экспериментальных животинок многие справедливо определяют сегодня в разряд трэш-фильмов категории «Цэ». Неизменный атрибут жанра — бюджет в две копейки, из-за коего внутри ленты зрителя всегда поджидают никому неизвестные актёры, которых при всём желании боле нигде никогда не увидишь, и визуальные решения на уровне одного шакала из 144p, будто съёмки проходили году в шестидесятом до нашей эры. Казалось бы, авторы «шедевров» попросту берут быка за рога и выезжают на невероятно продвинутой истории? Ан нет, сценарии у столь «гениальных» полотен пишутся вдрызг пьяными беглецами из заведения имени Кащенко, причём впотьмах на разбитой коленке, отчего каждый раз и выходит накал бреда буйнопомешанного. Во главе оной «первобытноклыкастой» художественной какофонии стоят не абы кто — не какие-нибудь миленькие ламантины али добродушные касатки, ими ведь никого не напугаешь, — а кровожаднейшие обитатели водной глади — акулы. Короновал их почётным званием сам «отец блокбастеров» Стивен Спилберг, сняв свои «Челюсти» — и нет, не вставные. Но ближе к началу XXI века остробритвенная зубастая слава поутихла, пьедестал рухнул в пучины категории «Бэ» да понёсся пробивать современное дно, куда мы провалились и где тихо-мирно сидим по сей день, клац-клац, щёлкая клешнями. И вот на самом закате эпохи по центру магистрали встал легендарный Ренни Харлин и принёс на Землю лучшее акулье произведение всех времён и народов — «Глубокое синее море». Творение вызывает у меня чистейший восторг с самого детства, и сколько бы раз его ни пересматривал, неизменно в потаённых уголках души бурлит радость — вкушаю даже в тысячный раз словно в первый. Разумеется, без минусов не обошлось, однако они не оборачиваются ложкой дёгтя, мешая развитию повествования. Потому-то не обратятся камнем преткновения и дадут мне воспеть картину в сладчайших медовых одах. Почему? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Стивен Спилберг (Steven Allan Spielberg, род. 18 декабря 1946, Цинциннати, Огайо)

Ренни Харлин (Lauri Mauritz Harjola, род. 15 марта 1959, Рийхимяки, Канта-Хяме)

Сюжет фильма строится вокруг исследовательской базы «Акватика», расположенной неподалёку от восточного побережья где-то в Атлантическом океане. Как известно: в нейтральных водах думается лучше, да и законы можно спокойно обойти. Понеже заняты учёные неэтическими генными модификациями мозга акул. Суть эксперимента заключена в поиске лекарства от болезни Альцгеймера. Благородная цель — не так ли? Найти средство от деменции и спасти тысячи людей от забвения в чертогах собственного разума. У нас подобное чаще всего обзывается и приравнивается к «старческому маразму».

Напасть действительно страшная, и, к сожалению, я полностью понимаю чувства доктора Сьюзен МакАлистер в исполнении Саффрон Берроуз. Из личного опыта: человек просыпается и в ужасе с криками выбегает на улицу, думая, что попал в немецкий плен, ибо вчера вечером с винтовкой лежал в снайперском гнёздышке и решил передохнуть, а очнулся в непонятном для себя месте. Когда начинаешь рассказывать «что?» и «как?», ясно видишь медленное прояснение в глазах, возвращение кукушки в родные пенаты и горькие слёзы от осознания собственной беспомощности. Но помимо самого больного, в процессе пропитываешься таким лютым отчаянием и жалостью, что сердце всякий раз готово выпрыгнуть из груди да разбиться на миллион осколков. И подобные полуночные приключения повторяются день через день. Ладно бы от них накапливалась исключительно физическая усталость, однако множится именно ментальная: складывается ощущение, будто сходишь с ума да теряешь грань пространства и времени.

Саффрон Берроуз (Saffron Dominique Burrows, род. 22 октября 1972, Лондон, Англия)

Поэтому, когда Сьюзен рискует жизнью, дабы спасти ценнейшие результаты исследований, её невозможно бранить за неосмотрительность и необдуманность. Она ставит какие-то «закорючки», нули и единички превыше собственного здоровья во имя решения глобальной задачи. Мм, звучит прекрасно. С одной стороны, деяние, достойное восхищения и похвальбы за полную самоотдачу; с другой же — доктор МакАлистер в своём стремлении «помочь страждущим» скатывается в маниакальный психоз, поелику личная жертва оборачивается принесением на алтарь «поиска лекарства» команды товарищей, которые в оконцовке погибают мучительной смертью ни за что ни про что. Дражайшие бумаги, дискеты и прочие метаданные сгорают в пожаре и растворяются, превращаясь в пепел. Отсюда напрашивается мысль: не выпусти в начале девушка злосчастную «зверюгу» в море, проиграв бой, учёные всё же выиграли бы войну против матушки природы, найдя средство от доселе неизлечимого недуга. Благими намерениями вымощена дорога в ад?..

Эх… было бы всё так просто, но — увы! — реальность полна разочарований, ибо в завязке сюжета предельно внятно глаголится: либо вы приносите сочнейшие плоды на золотом блюдечке с голубой каёмочкой за выходные, либо финансирование прекращается и дверь лаборатории захлопывается навсегда. Проклятая рука капитала добралась и досюда? Отчасти — да. Хоть Сэмюэл Л. Джексон в амплуа миллиардера-людоеда Рассела Франклина и показан образцом терпения и христианской морали, однако смирению рано али поздно приходит la commedia è finita. Как цитировал классик: «Нет такого преступления, на кое не пойдёт капитал ради 300% прибыли». А теперь представьте масштаб: занять монопольное положение на фармацевтическом рынке на долгие годы. О, мечта каждого буржуа — рисуй на упаковке любой ценник, какой пожелаешь. Вот и местный Магистр Мазафакер отвалил мешок «капусты» ради такого дела, смежив очи на неудобоваримые тонкости, например — на этику. Засим и складывается безвыходная ситуация: в случае неудачи Джулс фиксирует отрицательную «прибыль» и закрывает объект; доктор МакАлистер же со своими наработками пойдёт вдоль по Питерской, ежели её вообще выпустят на вольные хлеба с документами в руках, ведь, скорее всего, заберут и ещё пинка для ускорения выдадут в награду за труды.

Сэмюэл Л. Джексон (Samuel Leroy Jackson, род. 21 декабря 1948, Вашингтон, Округ Колумбия)

Альберт Эйнштейн (Albert Einstein, род. 14 марта 1879, Ульм, Баден-Вюртемберг)

Подведём черту и зададимся вопросом: «Так кто же на самом деле виноват? Сьюзен ли? Стеклянный Элайджа ли? Кто?» Виновата прогнившая насквозь система экономических отношений, когда ради спасения рода людского приходится попирать мораль и отдавать самое себя на съедение алчным гиенам без гарантии на конечный результат. Всё лишь бы получить шанс на попытку — да-да, на жалкую попытку принести в мир крупицу света. Минуточку… а вдруг настоящее животное в ленте — не модифицированная рыбка с мозгами как у Эйнштейна, а сам человек, коего вопреки его воле растоптали, унизили да низвергли до уровня дикого зверя?

В итоге перед нами оказывается философское произведение, кричащее о проблеме современного хода вещей и предельно ясно помечающее их как в корне неправильные — пошлые, извращённые, ложные и противоестественные. Когда всеобщее благо перечёркивается и на его место заступает где-то маниакальный, где-то сухой расчёт. Тут-то и скрывается ужас... «Ну, до печали прекрасная „глубина“, а куда минусы-то спрятались?» — вопросите вы меня. В начале я туманно высказался о наличии недочётов, но… после нагло умолк, не проронив боле ни слова. Скрыты проблемы кинополотна в техническом исполнении, вернее — в банальном визуальном несоответствии фантазии с действительностью: картинка, дополненная компьютерными эффектами, выглядит чужеродно; кадры с ней выпадают из хода повествования, являясь чем-то лишним. Притом что супротив шероховато нарисованной графике выступает поистине крепкий и чуткий симбиоз со звуковым сопровождением и музыкальным оформлением — любое движение «кусак» вызывает в ушах взрыв эмоций и чувств, унося на мгновения далеко-далеко, аж за пределы нашей вселенной, зашвыривая куда-то в параллельную реальность. Посему «Глубокое синее море» — не просто «ха-ха, фильм про акул», а целый манифест, в кой между строк вписаны нужные посылы, дабы зритель пришёл к выводам, плавающим прямо на поверхности. Да-да, чтоб осознал всё безобразие той гадостной мины, отложенной на воде щедрейшим господином буржуином, и посмотрел на окружающий мир свежим, излечившимся товарищеским взглядом.

Оценка — 10 из 10

«The system is perfect until it comes after you.»

Научно-фантастический путь для Тома Круза начался двадцать четыре года тому назад с фильма из-под режиссёрского пера Стивена Спилберга — «Особое мнение». Том сыграл в нём специалиста по расшифровке предсказаний и по совместительству маэстро-детектива Джона Эндертона. Да-да, стартовал наш любимчик по тропке длиною в бесконечную сингулярную петлю не с привычного инопланетного вторжения, а с детективного триллера, в коем он останавливал потенциальных душегубов за секунду «до» совершения ими страшного деяния. Но не один лишь месье Круз достоин медовых од: актёрский состав в целом блистает громкими именами — от Макса фон Сюдова до Колина Фаррелла. К слову, построен сюжет ленты на «принципе самосогласованности Новикова»: любой поступок гарантированно будет совершён, и изменить его невозможно без вмешательства извне — хоть в бункере запрись да ключ потеряй. И, казалось бы, раз вы — стражи закона — схватили за хвост саму грань пространства и времени, то посадка в криогенную камеру за мыслепреступление — тот ещё эквилибристический швиндель, дарующий картине уже на этапе прочтения синопсиса первое клеймо «глупости» за нарушение логики. Минуточку... как известно, «Папа сам трактует Библию», потому сильные мира сего сами решают, где справедливость и честность, а где анархия и подлость, тем паче когда речь заходит об экспериментальной зоне. Ух, авторы, ну вы и насочиняли... О’Брайен нервно курит в сторонке. Однако всё сказанное — лишь цветочки; вишенки для торта зреют впереди. При всём интересе лицезрения кинополотно испещрено целым ворохом сценарных «допущений». Вот об этих-то «весёлых» огрехах я вам сегодня и поведаю.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Стивен Спилберг (Steven Allan Spielberg, род. 18 декабря 1946, Цинциннати, Огайо)

Макс фон Сюдов (Carl Adolf von Sydow, род. 10 апреля 1929, Лунд, Сконе)

Колин Фаррелл (Colin James Farrell, род. 31 мая 1976, Дублин, Ленстер)

Приступить к разбору хочу с футуристичного столования драгоценнейших провидцев в кислородной жидкости и способа изготовления предсказаний. Использование дыхательного геля на большой глубине, дабы давление не обратило в лепёшку, — одно; определение же питательной водички-молочка в качестве постоянного места жительства для редчайших «оракулов» — совсем другое. Видимо, новаторский метод эффективно уберегает от пролежней. Правда, через мгновение хук с правой подкрепляется нокаутирующим коротким прямым с левой — «конвейерной магией».

Складывается впечатление, будто всякое творение, где взаимодействуют со временем и присутствует производное от слова «особый», обязано нести частичку самобытного механизма создания «посланий», иначе выходит моветон. Я, конечно, всё понимаю, но воздвигать промышленный завод по выточке бильярдных шаров и не показывать мастеров с долотом наперевес — неудобоваримое для плотницкого взгляда сопостатство, притом что деревообработка меня ничуть не занимает.

Ну да ладно, на ход сюжета ведь сия красота никак не влияет… не влияет же?.. О, супротив — формирует монолитный фундамент: «невозможность подделки» разбивается о факт моментального создания и прочтения прорицания. Продумай мистер Спилберг декорации чуточку иначе — завязка поломалась бы напрочь, понеже показанное не имело бы ни малейшего шанса перейти из «предполагаемого» в настоящую реальность.

Каждое последующее «допущение» — тот же камень преткновения, ставящий жирную точку в развитии фабулы. Хотя демонстрационный арест во вступлении — скорее исключение, состоящее из вереницы бреда буйнопомешанного, включённое в поток повествования с единственной целью — зрелищно показать принцип работы системы. Задумка прекрасна, теоретически цветёт да пахнет — реализация же хромает на обе ноги. Во-первых, тотальная слепота: сперва местного Менелая, не замечающего любовника жены, околачивающего груши напротив входа в родное гнёздышко; затем самой суженой, которая в порыве страсти будто нарочно не зрит лишнего добра молодца у кровати. Во-вторых, задержание через пень-колоду: ради хилого клерка выдвигается целый отряд спецназа, нанося при штурме дому ущерб, от коего диву даёшься. Почему нельзя было изначально ворваться втроём-впятером и скрутить бедолагу, ежели Том Кукуруз как раз это и провернул в одиночку? Товарищи его подоспели аккурат в нужный миг, когда всё закончилось, и их помощи вообще не требовалось. В-третьих, наказание заморозкой на десятки лет за несовершённое преступление в состоянии аффекта — отдельная песнь. В чём суть «исправления»? Заключение длится секунду и ни к каким благотворным мыслям не приводит и при всём желании привести к ним не может. Наконец, пик «гениальности» — горы криогенных «каторжников», запертых в высокотехнологичных капсулах. При царящей на улицах разрухе подобная тюрьма выглядит вздорнейшей тратой ресурсов. Отчего, собрав вышеописанное воедино, резюмирую: вкупе выходит не отлаженная тестовая система профилактики, а её безликая имитация — пустой пшик в бесконечности, подталкивающий к новым — но уже осмысленным — деяниям. Хотите посмеяться? Сценарий за пятнадцатиминутный пролог был низвергнут в пучины Тартара. Есть ли после столь крепкого напора шизофазии смысл продолжать разбор оставшихся двух часов? Будто бы нет. Однако пусть мы и не танки — грязи не боимся: ноги в руки — и доле на покорение новых вершин «глупости».

Про колиновское проникновение со взломом для шантажа и рекламный променад кругом — умолчу. А вот задержание коллегами заслуживает внимания. Совсем недавно я упоминал скручивание рук толпой щупленькому клерку, когда же дело доходит до нашего героя, вместо приказа «мордой в пол» под надзором дюжины рыл начинаются бесконечные переговоры — лишь бы титры не побежали раньше положенного: «А давай ты тихо-мирно сдашься и поедешь чалиться на полсталетний отдых? Готовы даже самой звонкой кружкой для протестов обеспечить!»

Поочерёдно проговаривать каждый момент из набора клише «юного сценариста», вписанного во всю драку-задержание, — не стану, кроме финала: Джон в роботизированном сборочном цеху садится в готовый автомобиль и, вдавив тапку в пол, спокойно уезжает в закат. Эм, ни роботов-охранников, ни пресловутой приблуды отслеживания внутри машины?.. Нонче мы знаем, кто самый щедрый производитель на рынке — ночью с ломиком обзаведёмся новой Cresta.

Не обойду стороной персональную боль: проявка кадров прокурором Фарреллом на открытой веранде, практически под палящим солнцем, — святотатство. Как любитель искусства фотографии заявляю: увы и ах, плёнка засвечена, теперь её можно только швырнуть в мусорный бак.

Следом за испорченными снимками в ведро отправились бы и глаза Эндертона, однако, видно, не зря он их припас на десерт: спустя несколько дней Джон всё ещё имеет допуск в здание, будучи в статусе «преступника», находящегося в розыске. Я бы понял хитроумный ход конём — поймать его в ловушку и сцапать, — но впустить и выпустить незамеченным — верх сценарной дурости. Особенно забавно смотрится на фоне второго аналогичного вторжения немногим позже (и без разницы, что не лично, а бывшей женой). Ах да… предсказывают ведь не взломы — запамятовал на мгновение.

Ну и доковыляли мы до главного сюжетного поворота, когда объясняются причины всей цепочки событий, что ломают хребет фильма пополам и громко кричат «стоп» развитию истории. Каким образом фон Сюдов маскирует железобетонную последовательность действий аппарата, выдающего точную дату и время предполагаемого преступления? Как ни крути, один-одинёшенек — без помощи десятка преданных кротов внутри — он подобную махинацию ни при каких обстоятельствах не смог бы провернуть — тут же бы раскрыл себя и поднял лапки кверху. Причём мотив у него тоже туманный: государственная программа накроется медным тазом при обращении в суд какого-то сомнительного гражданина? Звучит красиво, в реальности же такого бы никогда не случилось, кроме как в чистейшей утопии, а наша лента не о сказочном голливудском «happy end».

В итоге перед нами картина хорошая на раз. При повторном просмотре «допущения» бросаются в глаза и переливаются через край — смежить очи на такое попросту невозможно: терпение быстро лопается, как мыльный пузырь. Зато как минимум радуют технические аспекты: невзирая на тонну откровенной рекламы там и сям, множество приёмов получили хороший полигон для опытов, чтоб в недалёком будущем стать верной частью «Войны миров» всё с тем же Томом Крузом. Хотя, коли брать глобально и со сравнительным прицелом на сегодняшние релизы, перед нами не «бедолажное» — вполне крепкое произведение от «отца блокбастеров» с расчётом не на научную достоверность, а на верную, излюбленную зрелищность. И как «весёлый аттракцион» творение чувствует себя весьма неплохо, пуще всего при созерцании в компании добрых друзей — вот там будет заход с козырей. В моём же единоличном (не в крысином) варианте просмотра радуга скрывается за горизонтом, и возникают бесчисленные думы в попытках найти причинно-следственную связь между кадрами. Посему «Особое мнение» получило от меня боле хулы и оправданного журения, нежели восторженных словесов. Да, глянул не без удовольствия, но главным образом благодаря восхитительной актёрской игре и какому-никакому футуризму, пусть местами и халтурному. Когда столь «спорные» решения принимает маэстро Спилберг в лучшие годы — возникает масса обоснованных к нему претензий. Например, почему при слабом сценарии Джозеф Косински в «Обливионе» выдал такие велелепные декорации и планы, что испытываешь неподдельный восторг каждую секунду хронометража? А вот Стивен — увы! — подкачал, недотянул. Мда-с. Печально.

Джозеф Косински (Joseph Kosinski, род. 3 мая 1974, Маршалтаун, Айова)

Оценка — 6 из 10

«Do not overlook any anomalies.»

За два года после релиза простой симулятор ходьбы от японского разработчика под названием «Выход 8» стал не просто хитом, а настоящим явлением — и аж успел получить одноимённую киноадаптацию. Однако на горизонте встаёт вопрос: какой сюжетообразующий стержень обретёт фильм, созданный на основе незамысловатой игры, где отсутствует даже намёк на глубинный смысл, зато присутствует залипательный геймплей на добрый десяток часов? И, к моему удивлению, история получает нетипичную для восточных лент драматическую арку, в коей главный герой в исполнении Кадзунари Ниномии бьётся с извечной дилеммой: стоит ли взять на себя ответственность за дела любовные или же уйти за хлебушком, пока не поздно? К слову, тема беременности в сём раскладе не выглядит притянутой за уши ересью — как зачастую ноне трубят из каждого угла, — а довольно грамотно вписана в повествование и позволяет взглянуть на перспективу внезапного создания новой «счастливой» ячейки общества именно с мужской стороны. Страшно ли? Растерян ли? С оных отчаянно-тревожных дум картина начинается — ими же и завершается, приводя «Потерянного» в результате всех чаяний к единственно верному решению. При учёте современных веяний ответа не требуется — всякий давно понял, к чему пришёл парнишка. Но как именно молодой папаша добредёт до своего выбора за полтора часа хронометража — об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Кадзунари Ниномия (二宮 和也, род. 17 июня 1983, Кацусика, Токио)

Начать бы хотелось с коллизии происходящего: реально ли всё показанное, али события кинополотна развернулись исключительно в голове героя? Тут смело можно разделиться на два лагеря: приверженцев фантазии и узников петли. Себя отнесу к научно-фантастической половине, ибо ясно видится область межпространственной сингулярности, куда и угождает Кадзу-кун. Он застревает в цикле и выпутывается лишь тогда, когда приводит рассеянные мысли в порядок, замечая и учась у собратьев по несчастью, которым повезло куда меньше, понеже те уже стали плотью от плоти сего перехода метро. Хотя… вдруг взаимодействие с некоей точкой во времени мне лишь причудилось и наяву не имеет под собой фактических оснований? К примеру, в официальном разделе «жанры и темы» ничего подобного не значится. Однако — она есть, таково моё убеждение, и от него я буду отталкиваться в ходе разбора.

Стартует «Выход 8» не с прямого объяснения — куда подевались предыдущие семь частей? — а с той самой дилеммы будущего нерадивого отца: как поступить? Вступление кричит о бегстве от ситуации, и, видимо, потому парнишка попадает в сингулярную червоточину, понеже каждый бедолага внутри так или иначе связан с темой «отцов и детей». Мысль раскрывается не сразу — постепенно, медленно, зато верно, становясь к финалу предельно доходчивой центральной концепцией произведения. Параллельно тургеневской проблеме отчётливо слышится личностный надлом, связанный с отчуждением от труда: всякий новый день равен предыдущему, и в бесконечной веренице повторений лишь настоящая петля способна привести в неподдельный ужас.

И. В. Тургенев (Иван Сергеевич Тургенев, род. 9 ноября 1818, Орёл)

Казалось бы, насколько очаровательно в своей печальной реальности всё показано. Ан нет — герой впадает в безумные метания после первой же неудачи. Причём взрыв эмоций сыгран прекрасно — в него веришь. В целом отмечу невероятный уровень актёрского мастерства всего каста: любо-дорого смотреть не на привычные чрезмерные кривляния — зачастую считающиеся нормой для восточного кино, — а на искренние чувства, пусть и на западный манер школы Станиславского.

Константин Станиславский (Константин Сергеевич Алексеев, род. 17 января 1863, Москва)

Забавнее всего, что в череде «шероховатостей» повинно кривое да рябое структурное построение сюжетных таймлайнов при смене персонажей. Ежели немного перекроить последовательность кадров, ситуация обращается в диаметрально противоположное русло, поелику размывается чёткий ход времени и зрителю даруется ощущение неопределённости. Сколько герои пробыли внутри: день? неделю? месяцы? а может — годы? Причём композиционная целостность возвращается, когда бразды правления принимает офисный клерк. История одзисана раскрывается в пару штрихов, и при виде его нервного напряжения не возникает излишних вопрошений. Когда же созерцателя возвращают к студенту, блуждания по кругу обретают характер вечного и незыблемого. Оттого лицезрение действа не просто получает изюминку, а обращает медленно нарастающую скуку во вновь обретённый интерес — хочется узнать, чем всё завершится.

Спасительное усложнение сработало как часы и заставило меня задуматься: не демонстрируют ли нам одного-единственного человека в разные годы жизни? Правда, предположение почти сразу отметается — авторы чётко и без промедления обозначают, кто с кем связан, а кто лишь случайный пешеход. Однако даже при таком повороте сюжет не деградирует. Хотя дверь для боле широких дебатов по поводу открытого финала можно было бы не затворять наглухо, а великодушно оставить узкую щёлку для бурной полемики.

Теперь молвлю пару фраз о техническом состоянии ленты. Во-первых, картинка вычищена до зияющего блеска: белые стены станции метро символизируют психическое помешательство — им бы ещё толику мягкости добавить, и было бы не отличить от стерильной палаты сознания. Саспенс нагнетается будь здоров — ближе к кульминации сам начинаешь во всём сомневаться и, вслед за Ниномией-куном, принимаешься искать различия между «комнатами». Декорации выставлены на пятёрку — не придерёшься. Порой складывается ощущение, будто наблюдаешь стрим в лайф-формате: дух оригинала передан на все двести процентов.

Во-вторых, изображение дополняется чутким симбиозом звукового сопровождения и музыкального оформления, доводя атмосферу до кипящего градуса накала фантасмагории и репрессируя кукушку куда-то на задворки адекватного восприятия. Максимальный эффект, правда, достигается исключительно в наушниках — без них не то.

В-третьих, без минусов не обошлось — заключены они в порой нелепой реализации «аномалий»: часть впихнута словно ради галочки, дабы отдать дань игре. Когда подобные кадры маячат на горизонте, мозг начинает кричать о противоречиях — вернее, о пустоте их содержания. Не сумели выдумать сценарий на два часа, чтоб сгладить углы и привести повествование к единому знаменателю? Аль продюсеры не дали зелёный свет на больший хронометраж, и пришлось местами ужиматься до упора?

Наконец, при всём качестве дубляжа он пестрит огрехами. Например, студентик читает правила, где сообщается: «Коли не увидите аномалий — не оборачивайтесь». Хотя чёрным по белому написано: «If you do not find any anomalies, do not turn back» — то есть «не поворачивайте назад». Притом что секундой ране было заявлено без ломающих логику допущений: «Увидите необычное — немедленно возвращайтесь». Одному владыке Зевесу ведомо, сколько подобных оговорок скрывается в переводе, но о глупейшей я уже помянул — вряд ли сыщется боле вопиющая ошибка. Ну а чисто на слух озвучка — без сучка да без задоринки, приятно ласкает уши голосами профессионалов.

В итоге перед нами предстаёт социальная хоррор-драма, коей нонче благоволит публика. Смотрится японский представитель жанра бодро, особливо после сбивчивости в начале. Скажу сверх того — закончил вкушение с превеликим интересом и остался доволен как слон: расстроен развязкой не был, ибо слышал о массовой хуле и заране готовился к худшему, а вышло в разы лучше. Не сознаю, чем творение столь сильно не угодило критикам и рядовому зрителю, ибо фильм — хорошая атмосферная картина в духе научной фантастики с глубоким самокопанием, адаптированная по простенькому симулятору ходьбы. Для восточной публики стала шоком реализация на западный манер? Иных причин для негодования не усматриваю. Али народ узрел в молодом парнишке отражение самого себя и впал в депрессию? В таком случае да — остаётся лишь пребывать в состоянии грусти, тоски да печали, понеже как ни старайся, изменить существующий порядок не выйдет. Прогнило не общество — сама система поломана. Оттого и штампуются не морально-волевые личности, а мрачные тени настоящих людей, которые не живут, не дышат полной грудью — а лишь существуют, день ото дня стараясь не захлебнуться в вечном потоке борьбы за выживание. Посему мне «Выход 8» и пришёлся по сердцу: да, ему не достаёт лоска; да, вступление ощутимо проседает; да, попытка перенести «ловушки» из первоисточника порой выглядит пшиком в бесконечности. Однако не совсем удачная попытка — ещё не полный провал. В корне своём произведение несёт верные постулаты, кои тремя рядами острых зубов впиваются в созерцателя по ту сторону экрана — и не отпускают до финальных титров.

Оценка — 7,5 из 10

«Earth is a memory worth fighting for.»

А вы знаете, что Тома Круза хлебом не корми — только дай сыграть роль в фильме, где пришельцы либо пытаются, либо уже успели поработить нашу планету? Одним из таких произведений стал «Обливион» — творение любителя научной фантастики Джозефа Косински, который здесь выступил и режиссёром, и сценаристом ленты. Сюжет возводится прямо на обломках нашей цивилизации, где Тому досталось амплуа техника Джека Харпера под номером «49». И при всей банальности истории, за её развитием наблюдаешь не без интереса. Правда, местами кроется в ней такой крепкий ворох сценарных допущений, что созерцательскому терпению рано или поздно приходит конец. Цугундер ломится внутрь ровно тогда, когда глупости достигают критической отметки и переливаются через край. Пересечение грани отключает милосердное закрытие глаз на бесконечную вереницу чудесных цепочек действий, всякий раз ведущих к следующему шагу в раскрытии главной интриги. Исправление любой из них способно всё перечеркнуть и обернуться ранними финальными титрами. Вот об этих-то «весёлых» «допущениях» я вам сегодня и поведаю.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Джозеф Косински (Joseph Kosinski, род. 3 мая 1974, Маршалтаун, Айова)

Дебютная проблема является перед зрителем уже на нулевой минуте, когда закадровый Джек разъясняет: как мир докатился до такого? Всё просто — пришельцы уничтожили Луну, и Землю охватил хаос из-за природных катаклизмов — по крайней мере, так нас уверяет фоновый голос «49-го». Во-первых, судя по внешней целостности, наш спутник разрушен процентов на двадцать — при учёте магическим образом неразлетевшихся осколков, — что, разумеется, не повлекло бы за собой никаких страшных, тем паче губительных последствий для населения планеты. Во-вторых, даже ежели смежить очи на пустолайные словеса, то и тотальная аннигиляция Луны не привела бы к столь критическим последствиям, а вот обрушившиеся на поверхность её обломки — да, легко могли стереть жизнь подчистую.

Следом обескураживает появление Тома Круза, который на футуристичном аэроплане прорезает грозовые тучи. Казалось бы, дело в абсолютной защите всех систем управления от электрических разрядов. Ан нет — происходит закономерное падение, после коего герой чудом не погибает, отчего адекватность его дальнейших действий подвергается ещё большим сомнениям. Хотя сцена могла преобразиться до диаметрально противоположной, коли в ней прозвучал бы простой приказ командования: «Провести немедленные учения свежей модификации». Ну, не разбился — и ладно. Да?

После Харпер шокирует высочайшим уровнем навыка «программирования», понеже производит ремонт продвинутого дрона с помощью обыкновенной жвачки. Конструкция из зеркальца на палочке, скреплённая резинкой, в «Спасении рядового Райана» выглядела правдоподобно, но починка иноземной технологии подобным методом походит, скорее, на неудачную попытку пошутить с серьёзным видом.

Закрепляется юмор жирным троеточием — грациозным спуском Джека в ловушку с изяществом кошки и весом комара, поелику припаркованный мотоцикл не только выдерживает массу взрослого мужчины, так ещё и ни на миллиметр не сдвигается. В реальности Том бы упал и минимум получил бы десяток крепких увечий, максимум же — насмерть разбился. А ведь подобной глупости можно было преспокойно избежать, покажи авторы фиксацию в духе подъёмного крана на четырёх штифтах. Как говорил классик: «Ничего — и так хороши будут!»

Замыкает логические дыры завязки сюжета — да-да, не удивляйтесь, целых пять напастей сокрыто в одном лишь вступлении, — исчезновение Харпера с радаров. Всё бы ничего, да только у Виктории, в исполнении Андреы Райсборо, ситуация вызывает нешуточное напряжение — якобы из-за волнения за судьбу товарища. Сцена выстроена так, будто Джек обнаружил хибару день-другой назад, однако по её наполнению ясно: вылазки в серую зону — регулярная практика. Оттого реакция девушки выглядит странно. Она давно должна была оповестить штаб о проблемах связи в конкретной зоне, чтоб туда элементарно, как в будку, свет провели. Но тогда бы «райская» жизнь героя мгновенно перечеркнулась, а финал обернулся бы кошмаром — агонией адского существования на умирающей планете. Как вишенка на торте — вряд ли «49-й» вообще успел бы добраться до места крушения шаттла и найти кого-либо в живых, ежели бы находился дома, а не на секретной и уютной даче.

Андреа Райсборо (Andrea Louise Riseborough, род. 20 ноября 1981, Уоллсенд, Англия)

Тем временем сюжет так али иначе обязан был загнуться ещё на показе жесточайшей посадки спасательного модуля, в результате коей внутри гарантированно погибли бы все без исключения — из-за взрыва и перегрузок. И это при условии, что минутой ране нам крупным планом нарисовали тихо-мирно спускающийся на парашютиках аппарат. Включил движок за секунду «до»?

В том же ключе свершён и захват героя «падальщиками» под управлением Моргана Фримена: при всём своём дружелюбии они почему-то первым делом бьют прикладом Тома Кукуруза по репе, вместо того чтоб преспокойно объяснить суть да дело. На кой ляд было прибегать к насилию? Дабы зрителю сюрприз не испортить? Иного хитроумного оправдания их поведению я не нахожу, понеже повстанцы до раскрытия истины ведут себя как дикие звери, а не благопристойные борцы за освобождение от гнёта космических интервентов. Причём доле их поведение вновь скатывается к эсеровским методам — даже после того, как им ничего не стоит внятно объяснить, что фактически представляет из себя ИИ-Тет. Спойлер: бездушную машину — и всё.

Морган Фримен (Morgan Freeman, род. 1 июня 1937, Мемфис, Теннесси)

Однако человек — не машина, не слеплен из шестерёнок, ему многое простительно. А вот местная матка жестяного муравейника яро доказывает, что она искусственная — да, интеллект — нет. Ибо её решения не поддаются логике: зачем создавать армию биологических клонов Джека Харпера и Вики для обслуживания дронов, когда проще было выстроить полностью автоматизированную станцию, где роботы-техники чинили бы роботов-патрульных? Те самые странные непрекращающиеся магнитные бури так мешали? Так проще было найти решение проблемы с непогодой, нежели выращивать миллионы копий каких-то местных аборигенов.

А чтоб окончательно закрепить за собой звание «ИИ-гения года», тем же местом заявлено в сценарии и само порабощение: на орбите материнский корабль располагает сотнями легионов дронов, тогда как на поверхности постоянно твердят об их нехватке — мол, папуасы с палками всё ломают, а после и драгоценные вододобывающие вышки взрывают, ставя миссию под угрозу срыва. Справедливости ради, и сама задача выглядит невнятной: во имя какой великой цели необходимо истреблять целую цивилизацию, когда ничто не мешало найти миллиард безжизненных галактик и черпать необходимые ресурсы из них?

Ну и апогей всего — концовка. На счёт клишированного уничтожения центра связи и одномоментного отключения всего роя — прикушу язык. А вот про тех самых бедолаг — сотни и тысячи ныне обездоленных Джеков и Викторий — молчать отказываюсь. В эпилоге обязан был объявиться не только «52-й», но и вообще вся ватага: иначе куда они девались? Не в воздухе же рассосались, как бесплатная и доступная медицина. Хотя, принимая во внимание их места проживания — на горных верхотурах без лестниц и верёвок, — есть подозрение, что при попытке слезть они банально поразбивались о скалы. Печально.

В итоге перед нами предстаёт, казалось бы, драное кинополотно, зияющее сценарными дырами. Ан нет — магия Тома Круза включается в развитие сюжета, и на его харизме картина уверенно выруливает в русло «весёлого аттракциона». Активно помогает ему в этом весь прочий актёрский состав — все хороши, как на подбор: от Ольги Куриленко до Николая Костера-Вальдау. Да, бесспорно, как научная фантастика фильм слаб — хилые сюжетные коленочки трясутся под напором космических захватчиков пуще, нежели у отличника, выходящего из библиотеки со стопкой свежих книг по тригонометрии. Зато как эффектный блокбастер — лента развлекает зрителя на троекратное «ура!» и лично мне подарила массу приятных эмоций от лицезрения. Смотрел я её раз пять, не меньше, и ради сочинения текста вновь вкусил «Обливион» не без удовольствия. И лишь на сём заходе до меня дошло, насколько технически крепко он снят — вернее, сваян как монолитный колосс: такому фундаментальному сооружению позавидовали бы даже в Родосе. Посему — уверен, обязательно вернусь к нему разок-другой когда-нибудь в будущем: спустя двенадцать лет произведение выглядит столь же годно, как и в день выхода — а годное изображение футуризма, как водится, на дороге не валяется.

Ольга Куриленко (Ольга Константиновна Куриленко, род. 14 ноября 1979, Бердянск, УССР)

Николай Костер-Вальдау (Nikolaj Coster-Waldau, род. 27 июля 1970, Рудкёбинг, Лангеланн)

Оценка — 7,5 из 10

«Every evil has it’s roots»

Ирландский психоделический ужас от юного режиссёрского дарования Эшлин Кларк под названием «Корни» — нечто, внятными словами почти неописуемое. С одной стороны, картина пропитана народным колоритом и чистейшим безумием, с другой же — процентов на сорок бессмысленностью. Из повествования преспокойно можно вырезать драгоценнейшие кадры феминистической повестки, понеже нужны они для развития истории также, как козе пятая нога: полностью вычурны и представляют собою композиционные рудименты, забивающие хронометраж пустым пшиком в бесконечности. Но, как ни странно, ленте всё-таки хочется дать шанс на житие — имеются в ней и свои достоинства. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Эшлин Кларк (Aislinn Clarke, дата рождения засекречена ЦРУ, Дандолк, Лаут)

Начну, пожалуй, с повестки, ведь и сам фильм стартует именно с неё. Нагло вру, конечно же, выгораживая пролог за скобки, в коем объясняются причины неадекватного поведения девушки Шу в исполнении Клэр Моннелли. На удивление, бедолажку не тиранит отец али отчим, а мать, которая накладывает на себя по-есенински руки, оставляя дочь с ворохом ментальных «вавок» на всю жизнь. И следом за могучим, задающим тон всему повествованию, вступлением в дверь стучится, по идее, завязка сюжета, хотя… по факту происходит экспонирование — и в глаза, и в уши: Шу живёт в гражданском браке с беременной подругой. Про то, кто такая её избранница и откуда она, я намеренно умолчу — дабы совсем не пасть в бездну бреда буйнопомешанного, — лишь вспомню глупейшее высказывание из второго сезона «Одни из нас», идеально ложащееся и на дублинскую ситуацию: «Я стану папой». Последующие порожние выяснения отношений раз за разом опираются на тяжёлое «положение» спутницы по жизни, эдак говоря о явной манипуляции — газлайтингом, кажется, подобное нынче обзывается. И, казалось бы, сходные изречения — ложка мёда в бочке дёгтя, только содержимое сея пчелиной сладости историю не спасает: внушение чувства вины подаётся вскользь, как нечто пустяковое и недостойное внимания. Но мы-то знаем: дыма без огня не бывает. Токсичные отношения всегда ведут к долгому и мучительному разрыву — даже между ними, девочками.

Клэр Моннелли (Clare Monnelly, прочие биографические данные засекречены ЦРУ)

Зато погодя, во всей красе предстаёт тонкая аллюзия: в кадре появляется рыжий мальчуган маньяцкой наружности с козой на поводке. Во-первых, боюсь представить, что он замышляет сотворить с животным — с его-то говорящим видом ничего путного ожидать не приходится. Во-вторых, яснее ночи преподнесено сравнение: лет через десять паренёк сам вырастет и станет козлом. Ух, красота-то какая: как придать серьёзные ноты абьюзивным отношениям — так в кусты, точка на полуслове; а как смачно харкнуть по направлению угнетателей — дайте две попытки, с первой недоплюнула. В целом каст ленты почти полностью состоит из женщин, за исключением парочки случайных и бесполезных мужчин, коим за весь хронометраж даровали от силы четыре оборванные реплики. Даже Мими Кейв не позволяла себе такого варварства в «Свежатинке», а там тираны-узурпаторы исключительно женщинами потчевались — из-за притеснительно-эксплуататорской натуры.

Мими Кейв (Mimi Cave, дата рождения засекречена ЦРУ, Чикаго, Иллинойс)

Фух, наконец-то мы подбираемся к развитию действия. И вот тут-то кинополотно преображается до диаметрально противоположного состояния: несмотря на эксцентричный приветственный жест от бабуси, в сюжет с ноги врывается безумие… или же реальная мистика? Чего не отнять у госпожи Кларк, так это довольно точной демонстрации поведения психически больного человека. Однако интерес кроется не в натуралистичном показе сумасшествия, а в чутком контрасте. До самого финала невозможно понять: события происходят в головах у героинь или виной всему вовсе не массовое помешательство, а реальные проделки членов культа Бафомета?

Стоит отдельно пояснить, что картина выстроена через разговорное нагнетание атмосферы, как в классических мелодрамах. Диалоги кровь из носу требуется внимательно слушать, иначе легко утратится смысловая нить, и события на экране сведутся к одному-единственному разговору длиною в фильм, в коем поочерёдно меняются две-три локации. Для подавляющего большинства подобный подход станет камнем преткновения, но те, кому формат в радость, — останутся довольны. Тем паче кульминация перемежается с чем-то экстраординарным, тем, что за гранью человеческого понимания, — в духе «Дома, который построил Джек» из-под пера Ларса фон Триера. Всё — доле молчу: боле деталей финала раскрывать не стану — его надобно узреть воочию, чтоб вскипел мозг да на лице заиграла улыбка одновременного замешательства и наслаждения.

Ларс фон Триер (Lars Trier, род. 30 апреля 1956, Копенгаген, Ховедстаден)

Вскользь остановимся на технических аспектах. При всей съёмочной скромности, некоторые моменты от души поражают. Операторская работа радует множеством живописных видов окрестной природы, добавляющих изюминку, а избитые, но эффективные приёмы следования за персонажами помещают зрителя в центр происходящего. Всяк смотрящий становится прямым, хоть и незримым, свидетелем сего действа. Чувство погружения подкрепляется чутким симбиозом изображения со звуковым сопровождением и музыкальным оформлением — парочку композиций смело можно добавить в плейлист. В остальном же обошлось без притаившихся сумятиц: всё исполнено на достойном артхаусном уровне.

В итоге перед нами неплохое авторское произведение Эшлин Кларк, что в начале требует от созерцателя пройти испытание на феминистическую выносливость. Тем, кто его — пусть и не без труда — осилит, даруется крепкий саспенс, мечущий то в омут чистейшего безумия, то в мистическую гавань дьявольского культа. Сюжет обладает теологическими корнями и впивается самой сутью в изречение: «За грехи отцов караются их дети, вплоть до третьего и четвёртого поколения». (Только в нашем случае «за грехи матерей».) Истина печальная и несправедливая, но именно она даёт семя для нужной концовки — вернее, для той, кою хотелось узреть. И режиссёр не подкачала: жирная точка поставлена в веренице боли и страдания, бесконечная петля не жизни, а существования разомкнута. Однако стремление продвинуть современные взгляды сыграло с лентой дурную шутку. Введённая в канву девичья любовь оказалась ни к селу, ни к городу. Эх, ежели вычеркнуть сея прекрасные полчаса из хронометража и передать их той же развязке, глубинная идея заиграла бы буйством красок и засияла бы ярче отполированного бриллианта. Но — увы! — сценарное перо пустилось в раскрытие иных «семейных» взаимоотношений, доведя их до горького рыдания от осознания утраты. Правда, кому плачь местной Ярославны нужен и кого он тронет за душу — неясно, ибо на крокодиловы слёзы абсолютно чихать с высокой колокольни. И всё же «Корни» не так уж плохи: смотрятся бодро, хоть и требуют трепетного внимания к мелким деталям. Чем ближе картина к завершению, тем сильнее атмосфера давит на восприятие, увлекая в сумасброднейшие пучины. Эпилог же оставляет с навязчивым вопросом: было ли всё на самом деле? И тут каждый волен интерпретировать увиденное так, как ему заблагорассудится.

Оценка — 6,5 из 10

«They’re already here.»

Когда-то давно общество лишь смутно догадывалось о многих вещах, кои ныне кажутся обыденными. Над умами и сознаниями людей царила метафизика: мир объяснялся волей высших, неведомых сил. Однако с наступлением XIX века воззрения резко качнулись в сторону материального толкования бытия. Торжество науки нашло отражение во всех сферах человеческой деятельности и, разумеется, не миновало литературу. Авторы принялись массово грезить о будущих свершениях, опираясь на текущие достижения техники, — так и зародился жанр научной фантастики. Впрочем, не каждому по сердцу футуристичные рассказы о том, что воспоследует через сотни лет. Куда притягательнее порой оказывается нечто приземлённое, почти осязаемое. И, будучи впечатлённым утопичными веяниями своего времени, Герберт Уэллс в 1897 году издаёт научный роман «Война миров» («The War of the Worlds»), в коем описывает марсианскую интервенцию на Землю. Труд возымел невероятный успех, и спустя добрую сотню с копейкой лет текст Уэллса был переработан в сценарий для одноимённого фильма «отца блокбастеров» Стивена Спилберга. Боле подходящего для столь громкой работы режиссёра и вообразить трудно. К сожалению, на релизе картина вызвала как массу восторженных возгласов, так и немалое возмущение, понеже многое из того, что простительно писателю конца XIX столетия, перекочевало на большие экраны безо всяких правок с учётом современных представлений и знаний. Кроме того, местами из сюжета были вырезаны логичные и полностью обоснованные мотивы. Вот об этих-то «гениальных» сценарных решениях я вам сегодня и поведаю.

Стивен Спилберг (Steven Allan Spielberg, род. 18 декабря 1946, Цинциннати, Огайо)

Перед водружением коня на d5 обозначу важное пояснение: упор на первоисточник делать не стану. Лента 2005 года — самостоятельное произведение. В кинотеатрах ведь к билету не прилагался книжный томик для обязательного ознакомления перед сеансом. А раз бумажных спутников не выдавали, то со Спилберга и взятки гладки. Тем не мене, и полностью вычёркивать оригинал из повествования не намерен — лишь лаконично вплету несколько штрихов для наглядности в словеса.

Главное и, пожалуй, наиболе поразительное по глупости допущение — способ доставки пришельцев по месту назначения. Никаких кораблей на горизонте не показано, а следовательно, лучи-молнии били прямиком с Марса на Землю, без транзитных пересадок и передышек. При скорости, достигающей около половины световой, инопланетяне — пусть даже крепче и выносливее местных аборигенов — гарантированно превратились бы в шарф, а не в пилотов треножников, начавших вторжение.

Следом идёт целая вереница напастей из того же русла, но уже связанных с машинами, покоящимися под двумя жалкими метрами грунта тысячи лет. Загибаем пальцы.

• Во-первых, почему продвинутая раса прилетела, закопала орудия и отчалила восвояси?

• Во-вторых, даже ежели допустить наличие неведомых причин, зачем спустя века пользоваться устаревшей техникой?

• В-третьих, коли марсиане уже бывали на нашей планете, отчего не взяли пробы воды, воздуха и почвы на анализ патогенов?

Видимо, освоение космоса автоматически запускает процесс деградации до состояния сибирского валенка.

Кадры взяты с сайта IMDb

В книге оба момента логически обоснованы. Прибывали чуды-юды в капсулах и уже на месте собирали треножники. Их задача заключалась в подготовке к полномасштабному переселению вымирающей расы на новые просторы. Разведка не имела сторонней поддержки — ресурсов попросту не хватало. Банальной неожиданностью для них стало воздействие земной гравитации: кальмары едва могли приподнять щупальца и, будучи прибитыми к полу тяжестью собственной плоти, передвигались на карачках в ходе монтажных работ — словно механик дядя Вася после осушения вкуснейшей бутылочки холодненькой.

Благо в злополучный день он не дошёл поутру до кондиции, внял советам Тома Круза и поставил автомобиль на колёса. Впрочем, остаётся загадкой, каким магическим образом замена соленоида помогла восстановиться электроприборам после ЭМИ-удара. Притом в гараже у героя стоял аналоговый зверь, не подверженный электромагнитным воздействиям ввиду сугубо механической начинки. Видимо, спасаться во время апокалипсиса в маслкаре — не комильфо, а жутчайший моветон; обязательно нужен минивэн, ибо у них защита проводки выше, нежели у самолётов. Не зря же машина выстояла и после второго импульса, когда на дом тётушки рухнул и разлетелся вдребезги авиалайнер вследствие отказа всех бортовых систем управления. Черканите себе где-нибудь: Plymouth Voyager 1993 года — настоящий четырёхколёсный семейный БТР.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Однако всё вышеперечисленное — лишь пожухлые цветочки; сочнейшие ягодки ожидают впереди. До крайности поражает бессмыслица самого переселения. В фильме пришельцы собирают людей, дабы обратить их в удобрение для роста марсианской флоры. Зачем, правда, на Земле распространять родные вьюнки — непонятно: дышать-то сопостаты умеют и нашей атмосферой, что предельно доходчиво показано в сцене обследования дома. В оригинале же всё ясно как день: инопланетяне питались людской кровью, оттого и занимались жатвой, поддерживая пленников в еле живом состоянии до полного истощения. Параллельно сей факт служил тонкой аллюзией на то, как буржуины выжимают последние соки из пролетариев. У Спилберга же, в отличие от Уэллса, вышли какие-то чересчур хитроумные агрономы — и всё.

Перед занавесом не могу не упомянуть сверхчеловека Джастина Чэтвина в роли старшего сына Робби — персонажа, будто зачатого от владыки Зевеса. Выжить в самом пекле и не пострадать ни на йоту — достижение, достойное мифа. Да, в оригинале автор также наградил брата главного героя чудесным спасением: тот бежал на гражданском судне, что чуть было не ушло под воду, ежели бы на помощь не пришёл миноносец «Сын грома», а следом и целая армада броненосцев не пошла в атаку на треножники. Спасение же жены описано куда фееричнее, но об этом сказано полслова: эдак схоронилась у родственников на даче по наказу мужа — и вуаля, счастливый конец обеспечен, семья в сборе и в добром здравии, пусть и на руинах родного дома.

Джастин Чэтвин (Justin Chatwin, род. 31 октября 1982, Нанаймо, Британская Колумбия)

И, наконец, кульминация. Финал следует канонам первоисточника почти дословно. Казалось бы, чего тут браниться — только радоваться. Однако напомню: роман написан в конце позапрошлого столетия, когда человечество не ведало и половины того, что ныне известно множеству с пелёнок. Будь действие перенесено в соответствующую эпоху — вопросов бы не возникло. Но в современном антураже подобное решение выглядит криво и походит скорее на пародию, нежели на серьёзное кино. Будто режиссёра накрыла лютейшая лень, и он в одно мгновение отказался от адаптации, предпочтя буквальное следование тексту Уэллса из-за скупости собственного видения победы над интервентами. А жаль — могло выйти нечто поистине грандиозное, с размахом на целую франшизу.

Кадры взяты с сайта IMDb

В итоге молвлю о том, что многое из сказанного мною худо-бедно прощается. Таки лента вкушается на одном дыхании, живописна и воспринимается как самостоятельное произведение в отрыве от книги. Да, детали порой до безумия смутные, но введены в угоду драматургии и экшену. К примеру, те же детишки временами невыносимо раздражают, напрочь игнорируя отцовскую заботу даже в условиях кромешного ужаса, хотя прекрасно видят безвыходность сложившейся ситуации. Но Том Круз чертовски хорош: он стойко парирует все несправедливые выпады, приводя зрителя в чистейший восторг. Посему, невзирая ни на что, я так люблю «Войну миров». Сколько раз за свою жизнь я пересматривал сие творение — не упомню; как пить дать, несколько десятков. И уж точно обращусь к нему ещё не раз. Диковинное научно-фантастическое полотно как развлекательный «аттракцион» работает на твёрдую десятку, а на прочие мелочи я с рыцарской стойкостью смежаю очи. Моё сердце никогда не перестанет роптать при дьявольском гуле надвигающегося треножника.

Оценка — 10 из 10

Sôsô no Furîren 2nd Season 葬送のフリーレン 第2期

Вот мы и дождались второй сезон «Провожающей в последний путь Фрирен». А ведь манге когда-то давно — ещё до выхода в свет — пророчили забвение: мол, кому подобное размеренное повествование про бессмертное существо будет интересно? Но аудитория, наоборот, за ту самую неспешность и нерасторопность горячо приняла историю эльфийки, полюбив её до того, что в 2023 году на большие экраны вышла аниме-адаптация. О, тогда-то творение Канэхито Ямады, автора первоисточника, из скромного признания на родине переросло в мировую популярность, ибо Фрирен вошла в пантеон сообщества как один из самых харизматичных персонажей. Бесчисленная рать из мемов и народного художества — яркое тому доказательство. Однако хорошее рано али поздно заканчивается, и остаётся дело за малым, но самым сложным, — дождаться достойного продолжения. А вот тут-то в последнее время у многих возникают трудности. Взять хоть многострадального «Ванпанчмена», кой в прошлом году был центром фанатского негодования за невероятно лютейший уровень визуальной халтуры, что местами даже сюжет обращал в бессмысленный бред. Например, когда в кадре сильная и независимая спасает... воздух, понеже кто-то забыл изобразить там боевого товарища. Посему приходится взывать мольбами к расположению Девы Паллады, дабы сиквел обрёл справедливый статус «возвращения мечты», а не скатился в пропасть небытия. Поведаю сегодня я вам о том, какой вышла первая серия, разобрав все значимые мелочи по пунктам.

Начинается всё с тех же моментов «душевного спокойствия», однако на сей раз они быстро обрываются, переходя непосредственно к делу. Передвигается в данную секунду наша группа на повозке и параллельно замечает скорое наступление беды: прохудились карманцы, и вот-вот либо придётся просить милостыню, либо решать проблему по-геройски — отправляться на задание. Выбор очевиден, остаётся только найти достойное поручение, чтоб трудиться не за здорово живёшь, а так, чтоб ещё наряду с этим и потренироваться вдоволь, и на недельку-другую не заботиться о сытости желудка. И в шаге от города извозчик высаживает трио с восторженным пояснением: дескать, для нас, крестьян, ваша миссия — нечто недосягаемое; таки выбраться в соседнюю деревушку — уже событие, а у вас тут такое. Высказывание ясно даёт понять — вдруг кто забыл, — что путь команда держит на край земли, притом в страшнейшее место, где обитают исключительно злодейские сущности.

Опенинг же переносит нас на мгновение через последнюю сотню лет: от старта и финала похода с Гиммелем & Ко до обретения новых спутников по жизни. Как мы помним из оригинального сезона, именно знакомство с Ферн дало топливо для рождения внутри Фрирен человеческой эмпатии, отчего доселе безэмоциональная эльфийка осознала, насколько дорогим был её сердцу предыдущий век. Тем паче дополняется видеоряд крепкой музыкальной композицией, усиливающей до предела зреющее в груди безмятежное равновесие, перенося сознание куда-то за пределы нашей реальности. Сделано мастерски, что не может не радовать, ведь задаётся тон всему эпизоду разом. Минимум — закладывается под собой таковой фундамент.

И не успевают обсохнуть очи от умиления после вступительной заставки, как моё предположение о будущем ходе событий сбывается утренней сценой «душевного спокойствия», когда Старк демонстрирует навыки рыбной ловли, Ферн — искусство травницы, а госпожа Фрирен из кустов вынимает целый драгоценный антимагический камень. Жаль, вместо продажи и покупки дома кристалл приходится «выбросить», иначе шкурный интерес легко может обратиться переездом в сырую землю. Правда, за углом караулит пренеприятное падение в пропасть, на дне коей покоятся булыжники размером с пятиэтажку, причём хватит их на целый район. Хорошо приземление в обессиленном состоянии обошлось парой охов да ахов, хотя... фортуна благоволит не всякому, и кто-то могучий обязан был принять удар на себя. Ну и следом на молодецкие рамена с эльфийского плеча возлагается важная миссия — защищать юных и не очень волшебниц, которые нынче деградировали до двух буханок свежего хлебушка без возможности колдовства.

Прогулка по яме сопровождается, конечно же, созидательными кадрами обыденности и важным разговором у ночного (аль дневного — в пещере время суток не различить), в общем, беседой у костра, где Ферн делится опасениями со Старком насчёт их пребывания в антиволшебной зоне и переживаниями из-за внутренней опустошённости вследствие пропажи ментальной связи с магией. К счастью, Фрирен подобные мелочи не волнуют, и она сладко посапывает, видя третий сон. Правда, встроенный в пятую точку локатор на монстров фиолетововолосой девчушки не ошибается, и отдых прерывается внезапным нападением лягушки-квакушки, хотя по-научному имя ей — ядовитый верховный дракон. К сожалению, тварь настолько сильна, что ввергает одним лишь своим видом отважного братанчика-пацанчика в первобытный ужас, благо в суме завалялась средневековая световая граната для отвлечения и дерзкого побега. Но сцена не показывает трусость парнишки, а закладывает твёрдую почву для его возмужания в будущем. Последующий флешбек об этом тонко намекает, давая понять: коли бежать — то всем вместе; когда решение командное, побег — вовсе не трусость, а лучшее решение в худшей ситуации. Понеже сохранность группы — приоритетная задача во время приключения. Сея истина героя Гиммеля звучит эльфийскими устами, и вот уже, давя на тапку, наш воодушевлённый бравый молодец с приятной ношей на плечах молниеносным спринтом преодолевает нужный нехитрый путь к выходу. И вот треклятые катакомбы остаются позади: ничего физически ценного они не принесли, зато навсегда укрепили сплочённость в коллективе, а доверие куда дороже завалящей монетки, особенно когда речь идёт про доверие кому-либо собственной жизни.

И вновь погружение в неспешность, когда прекрасная половина удаляется на ручеёк, дабы постираться да помочить ножки в студёной воде в мечтах о скором посещении горячих источников. О, какая идиллия — и для героинь, и для зрителей, но... некий мужлан врывается со своей удочкой прямо поперёк всего веселья, хотя авторы только-только поймали нас живописными изображениями на вайфу-крючок. От такого вероломства хочется кричать, однако отходчивость спасает. Хорошо ещё Старк обошёлся без длительных монологов о лучшем типе мормышки для ловли окуня в бурной реке, иначе бы точно получил по репе. Разумеется, без падения ниц в извинительных молебнах, как перед царём, не обошлось: всё-таки хлопчик выставил себя не в самом приглядном свете, пусть даже кого-то его «внимание» и польстило. Но Фрирен-сама не обманешь, и повисшую неловкую «паузу» она подметила сразу, что тронуло её спутников — как-никак подобная проницательность была для неё совсем недавно пустым пшиком в бесконечности, а ныне человеческая чуткость стала само собой разумеющейся. Правда, верные выводы эльфийка пока делать не научилась. Ну ничего-ничего, до вечера времени вагон да маленькая тележка — читать чувства влюблённых, как открытую книгу, ещё бегло приспособится, тем паче никто и не подгоняет.

Также никто не подгоняет нагайкой Старка к выбору осесть или нет на Севере и жить припеваючи, защищая местный Винтерфел. Ах да, стоит пояснить, что по «неловкой» дорожке компания добралась до корчмы, где повстречала старых знакомых, с которыми подружилась на магическом экзамене. И казалось бы, никто не пинает к нужному выбору, а внутри будто кошки скребут, поелику на просьбу о вольной эльфийка отвечает положительно, говоря, дескать, паренёк с лёгкой руки свободен избрать путь, кой ему ближе всего, главное — по душе. Предложение обходится без оваций, особенно со стороны Ферн, ведь девчушка переживает не на шутку и потому аккурат к полуночи решается на разговор, вскрывающий карты. И когда в пылу беседы расставлены последние точки над «Ё» — парочка чуть ли не признаётся друг дружке в симпатии, а то и в любви, ибо Старк поясняет: «Госпожа Фрирен не единственная, из-за кого я пошёл с вами».

Завершается сцена причёсыванием волос и очередным наглаживанием подарков — кулона, заколки и браслета, — заключая в них глубокий символизм. Надеюсь, акцентирование внимания на материальном в последующих сериях найдёт свой отклик, и Ферн придётся бросить украшения, избрав вместо них — спасение друзей. Ране же она преспокойно отказалась от дорогущего антимагического кристалла. В противном случае выйдет странно, будто из молодой колдуньи пытаются сваять не преданного товарища, а жалкую мелочную душонку, живущую шкурными интересами. Полагаю, отдельно пояснять «почему это дурно» — не требуется, опустим — не к месту здесь демагогия «что такое хорошо и что такое плохо?».

Финал эпизода подводит черту под всем показанным: коротко, зато чётко и доходчиво. Наша группа — сплочённый коллектив, и нет в нём места для сомнений: они начали своё приключение вместе — вместе же его и закончат, чтоб после начать новое, ещё эпичнее и знаменательнее предыдущего. Всё вступление второго сезона сея фактом и пропитано, дабы ни у кого не осталось сомнений, даже у самого закоренелого неверующего Фомы.

Ну и куда же без закрывающих титров? Коль опенинг был взрывом эмоций и чувств настоящего, то эндинг вернул в лоно прошлого да показал, как смеженные очи распахнулись и Фрирен обрела ту самую человеческую эмпатию, начав подмечать прекрасные, пусть даже скоротечные мгновения. И в концовке симбиоз видеоряда и музыкального оформления достигает высшей точки: минимум тем, что всё реализовано вручную — безо всякой вспомогательной компьютерной анимации, только цветные карандаши, только стоп-моушен — и всё. Результат поражает не просто до чистого восторга — до бурлящего в крови велелепия от увиденного. Притом эндинг тоже имеет сюжет и доносит простую истину: история, некогда писанная Гиммелем, перешла в руки Фрирен, и теперь она властвует над своей судьбой, а не плывёт по течению, являясь заложницей случайных событий вокруг неё.

В итоге перед нами предстало достойное продолжение аниме, покорившее тысячи, притом что в нём одновременно происходит всё и ничего. Хотя лично мне «моменты спокойствия», кои для некоторых — пресловутый серый шум на фоне, нравятся куда больше, нежели фэнтезийный экшен. Он крут, зрелищен, спору нет, но рутинная обыденность, грубо говоря, привносит в повествование душевное умиротворение: во время просмотра расслабляешься и ни о чём не хочешь задумываться, будто на двадцать минут погружаешься в райские кущи. Уверен, я не один-единственный, на кого напало и покорило сие ощущение невозмутимости. Да, именно оно и стало залогом популярности тайтла; именно оно и возвысило «Провожающую в последний путь Фрирен» над всеми остальными лентами. Эх, жаль лишь, что сезон будет состоять по официальной информации всего лишь из десяти эпизодов. Но раз такова цена спасения из бренного мира, пусть и на доли секунды — я готов, оно того стоит, ведь не в количестве, а в качестве счастье — и оно безупречно.

«LIVE. DIE. REPEAT.»

Кто по сей день остаётся приверженцем практических эффектов в кино и активно продвигает своё видение в широкие массы? Легенда Голливуда — Том Круз. Недавно он освободился от франшизы «Миссия невыполнима» и тонко намекнул на то, что вот-вот настанет знаменательный час и мир содрогнётся перед долгожданным анонсом сиквела научно-фантастической картины «Грань будущего». Боле десяти лет минуло со дня её выхода, но она и поныне остаётся одним из лучших произведений на тему межпространственной сингулярности (когда один день равняется вечности, по-русски — «день сурка»). А пока за окном новостные заморозки да метель, самое время до начала весенней оттепели вспомнить: каким же полотном был оригинал? Вот об этом я вам сегодня и поведаю.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Начать хотелось бы со зрительского принятия. Сколько шуму вокруг себя собрала лента в 2014 году — и не описать. Тогда аудитория прямо разделилась на два лагеря: боготворящих и хулящих. Меня можно справедливо причислить к первым, понеже в ту пору я слепо восхищался происходящим на экране. Многим позже наступило просветление, и пелена мрака спала с очей. Спору нет, передо мной предстали сценарные изыскания разных мастей, но они столь незначительны — даже вкупе, — что фильму до сих пор прощаю всё и наслаждаюсь им с превеликим удовольствием.

Минимум голова идёт кругом от того, как мастерски Том Круз, сыгравший Кейджа, порвал грань пространства и времени, дабы запрыгнуть в кротовую нору и запустить ход петли ради живописных, а главное — достоверных кадров. На такое никто, кроме него, не способен. Шучу, конечно же. И ежу понятно: «перерождения» — не реальность, а магия монтажа. Зато взаправду были сконструированы и одеты на актёров рабочие варианты экзоскелетов. Разумеется, с крайне ограниченным функционалом: эдак — даёт возможность передвигаться, и ладно. Хотя, судя по заявлениям, их масса составляла порядком 38 килограммов. Вес приличный, и особенно ударил по беременной Эмили Блант — исполнившей Риту, — которая жаловалась на трудности съёмок именно из-за ношения тяжести в течение дня. Замечу: сея деталь привнесла в сюжет изюминку и привлекла любителей мехов, ведь после увиденной красоты в «Элизиуме: Рай не на Земле» хотелось ещё, а добавку взять негде. К сожалению, жанр при всей народной популярности почти не продвигается в киноиндустрии (полторы калеки не в счёт). Потому-то либо вкушать с аппетитом «живые» крохи, либо уходить в богатое анимационное русло. Вот там выбор — моё почтение: всякому на любой вкус и цвет, от «86» до «Марс Экспресса».

Эмили Блант (Emily Olivia Laura Blunt, род. 23 февраля 1983, Лондон, Англия)

Кадры взяты с сайта IMDb

Но вернёмся к сингулярным «допущениям» и сразу направимся в лоно проблем, коими изобилует картина, ибо продолжать восторженные словеса о плюсах не вижу смысла — медовой одой выше уже пропел все хвалебны, доле же, боюсь, скачусь в софизмы, коль продолжу. Первая и величественнейшая по накалу глупости беда — тотальная неясность причины отправки неподготовленного майора прямиком в горячую точку. Перед нами не рядовой солдат али провинившийся офицер, а целая икона пропаганды. Благодаря Кейджу миллионы в патриотическом порыве записались в армию добровольцами. И вместо продолжения агитационного profession de foi — посредством громогласных репортажей, ведущихся из тыла, на край из прифронтовых зон, — специалиста-оратора с автоматом в руках швыряют в самое пекло? Попахивает саботажем. Как ежели бы высадка в Нормандии управлялась солдатами, пока штабное командование штурмовало берег. Я бы охотно уверовал в роль мученика, будь на то резонные причины, но на столь хитроумный план-капкан — увы! — не дано ни малейшего намёка. Посему он лишь плод моей бурной фантазии, а не гениальный сюжетный ход конём.

Второй бредовый запашок проистекает из тех же деревянных генералов — когда Рите и авторитетному учёному выдают жёлтый билет, клеймя «безумцами», хотя они предоставляют критическую массу ценнейших данных об уязвимостях пришельцев и о том, как малой кровью победить инопланетных интервентов. Тут уже веет откровенным геноцидом личного военного состава или, чего похуже...

Третья напасть состоит из двух родственных частей; обе заключают в себе клише «распоследнего момента». Один красуется в сцене путешествия на ферму, где по дороге встречается множество мимиков, но те зачем-то упорно прячутся, дабы выпрыгнуть в самое ультимативное мгновение и эффектно дать дубу. Другой же связан с поведением Кейджа, когда он при захвате важного устройства сперва тянет до крайности резину, а следом решается на перезапуск за секунду до пленения, отчего окончательно попадает в опалу и кульминация фильма обретает девиз: «Второго шанса — не будет». Решение настолько спорное, что добавляет не напряжения, а ведро идиотизма в развитие истории. Поелику сделай герой всё как надо — и тихо-мирно через часик земляне уже праздновали бы победу. Да, утрирую, но сути дела не меняет.

На сладенькое — вишенка на торте: самопротиворечие концепции «перезапуска дня». Каким образом Кейдж за колоссальное количество страшнейших смертей не утратил рассудок? Казалось бы, он просыпается по щелчку и не успевает ничего ощутить — «вчера» мгновенно перестаёт существовать. Ан нет: несколько раз после гибели время продолжало идти вперёд, что означает наличие всего болевого спектра при каждой кончине. Элементарно, «вступительный» круг тому доказательство. Без акцентирования внимания на нём я готов был принять версию об абсолютном отсутствии боли, но раз она ментально не заблокирована, то тысячи повторяющихся агоний должны были бросить сознание Тома Круза в пекло ада, обратя мозг бедолаги в фарш.

Прочие сценарные минусы либо слишком незначительны, либо вписаны в угоду зрелищности, либо же худо-бедно могут быть оправданы. Посему не вижу смысла выяснять причины, например, какого Лешего челябинский метеорит обозван немецким; или с какого перепугу нет разделения казарм на мужские и женские, отчего воякам приходится нести службу бравым единым скопом — укреплению дисциплины это точно не помогает.

Кадры взяты с сайта IMDb

В итоге перед нами предстаёт «Научно-фантастический Колосс», где всё строится вокруг противостояния инопланетным захватчикам посредством подчинения временной линии и усиления тела экзоскелетом. Авторы извернулись так, что зритель регулярно бродит по «грани» возможных «сценарных допущений» и всякий раз успевает сделать шаг назад, не переставая балансировать вдоль критической отметки скатывания в чистейший бред буйнопомешанного. От столь чуткого эквилибристического подхода фильм смотрится бодро: даже на десятый раз интерес не оборачивается крепким приложением руки ко лбу. Не стоит и умалять заслуг техников — визуально всё реализовано на высшем уровне при относительно скромном бюджете в 178 млн долларов. Неудивительно: когда большая часть спецэффектов — реальные взрывы и физические реквизиты, а компьютерная графика лишь вспомогательное средство, свершается магия кино. Вот поэтому «Грань будущего» — достойный представитель сингулярного жанра, что не просит — требует продолжения. Остаётся надеяться, что Том Круз вновь провернёт «топганный» трюк, возьмёт процесс съёмок под личный контроль — и мир в результате его чаяний узрит сиквел мечты. Не зря же он с блеском в глазах рассказывал, как сильно желает возродить проект, даровав ему новую, лучшую жизнь для всеобщего блага.

Оценка — 8 из 10

«First hunt. Last chance.»

Когда-то мне казалось: во всей франшизе нет части хуже, нежели «хычносодержательное» полотно 2018 года. А потом вышла она — «Добыча», апогей глупости и нелогичности. Однако Дэну Трахтенбергу, режиссёру картины, на раз-два удалось переплюнуть собственный «успех», ведь в его руки попал сценарий, что был в сто раз невразумительнее предыдущего. Видимо, под влиянием особого спортивного интереса он решил после «Кловерфилда, 10» остановиться в творческом развитии и сигануть в пропасть, начав штамповать ленты всё гаже и гаже. На текущий день высшим «плодом» его трудов смело можно объявить, аль, вернее, обозвать, — «Хищника: Планету смерти». Спустя месяц после просмотра я даже примерно не способен вспомнить, о чём он вообще был. Зато прекрасно помню фундамент, на коем возводилось сие творение: самые «гениальные» сюжетные ходы из «Чужого: Завета», немного оригинального «Аватара» из-под пера Джеймса Кэмерона да «лучшие» персональные наработки, ране сработавшие в «Добыче», что сыграла роль отведённого ею эдакого переосмысления фильма 2010 года. Атомная смесь, не так ли? Вот о ней-то вкратце я вам сегодня и поведаю.

Дэн Трахтенберг (Dan Trachtenberg, род. 11 мая 1981, Филадельфия, Пенсильвания)

Джеймс Кэмерон (James Francis Cameron, род. 16 августа 1954, Капускасинг, Онтарио)

Помните, как в «Прометее» появился андроид серии Дэвид, а после в «Завете» ему на смену пришёл абсолютно идентичный внешне Уолтер? Так вот, в «Планете смерти» верховный интендант имеет ровно ту же модель, что и наша «хычная» спутница. На сём «невероятном» ходе история бодро шагает вперёд и достигает кульминации в моменте, когда «добрая» машина успешно выдаёт себя за «злую», венчая миссию под прикрытием пятью звёздами в конце уровня. Да-да, определение «свой-чужой» в космической экспедиции, где одни роботы и прочие ИИ-конструкты, — задача наподобие «Миссия невыполнима», только без Тома Круза. Мало того что в оригинале подобное выглядело по-дурацки и отдавало крепко сбитой сценарной ленью, так в «идеальной» карикатуре трюк с подменой не работает вовсе. Хотя… не всяк же смотрел «шедевр» сэра Ридли Скотта, посему и не всяк мог наперёд смекнуть, чем завершится ветка близнецов. Шучу, конечно. Не нужно быть гением или знать первоисточник, дабы распознать банальщину. Авторы подобным решением откровенно вопят: «Зритель, ты — идиот!» И нет — увы! — без хитроумного намёка на произведение светоча земли русской Фёдора Михайловича — прямо и без обиняков, с расчётом на «любовь» аудитории к поеданию деликатесов с лопаты. Понеже раз с аппетитом «хавают», значит, с радостью вкусят даже самую лютую дичь и в оконцовке наградят её двенадцатью молодецкими баллами из десяти.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Ридли Скотт (Sir Ridley Scott, род. 30 ноября 1937, Саут-Шилдс, Тайн-энд-Уир)

Ф. М. Достоевский (Фёдор Михайлович Достоевский, род. 11 ноября 1821, Москва)

Олег Тактаров (Олег Николаевич Тактаров, род. 26 августа 1967, Саров, Мордовия)

Минуточку… с «Заветами» всё ясно, но при чём тут «Аватар»? Да при том, что вся флора и фауна планеты будто бы срисована с Пандоры. Поведение же подростка-охотника словно списано со сцены, где Джейк Салли угодил в ловушку и остался на судьбоносную ночёвку в джунглях. Для полноты оммажа даже собственная Нейтири включена в повествование — пусть и не целиком физически, но кому ныне легко? И я здесь серьёзен, как никогда: добавь ярких красок, смени цветокор — и вот перед вами готовый квадриквел эпопеи господина Кэмерона, снятый студентами-двоечниками в качестве выпускной работы. Жаль без Тсу’тея — не дожил гордый воин до «хыщно»-сказочной развязки.

Ну и вот мы подобрались к вишенке на торте — дважды переваренной «Добыче». В основе той картины лежала идея, показанная ещё в 2010 году (там, где Олег Тактаров играл лихого русского Николая), только дядюшка Дэн перенёс место действия на матушку Землю и сократил число активных участников до одной худенькой да слабенькой, зато какой смекалистой да ловкой, девочки. А раз уж он снял то «прекрасное» переосмысление, почему бы не пойти по «заветам» Ридли и не выжать концепцию до предела, коль дают, но так, чтоб попытка на сей раз ощущалась реалистичнее — с истинным хозяином окрестных лесов во главе, пусть и вчерашним зелёным юнцом?

Кадры взяты с сайта IMDb

Я уж было собрался хлопнуть сюжетной дверью, как внезапно меня осенило. Вспомнились такие «чудесные» ленты, как «После нашей эры», ремейк «Джуманджи» и последний «Риддик». Что между ними общего? Ежели извернуться да скрестить бравое трио с «Добычей», на выходе получится комедийно-пародийная версия «Планеты смерти». Прямо-таки вижу картину маслом: Каратэ-пацан носится по джунглям в поисках маяка и в финале валит смертоносную Урсу, за спиной при том удерживая неумолкающую половинку Джека Блэка, причём справляется с задачей с такой молодецкой удалью, будто имя ему — Доминик Торетто, истинный семейный джентльмен. Надеюсь, мою буйную фантазию для будущей истории о взрослеющем Яутжа мистер Трахтенберг не подрежет, ибо на подобное коварство он вполне способен.

Джека Блэка (Thomas Jacob Black, род. 28 августа 1969, Санта-Моника, Калифорния)

Разглагольствовать о техническом состоянии не вижу смысла: каким местом писался сценарий, таким же создавались и визуальные решения — на отвали. Но вина тут не тех, кто подобное нацарапал на драном листочке, а режиссёра с его особенным «видением»: что заказал на скорую руку, то на ход ноги сваяли и в него же запнули. Сами же спецы — тут невозможно умалить их заслуг — справились боле-мене прилично, выложившись на все сто в довольно сжатых рамках. Они создали мир, где господствуют первобытные законы и всем повелевает сильнейший, аки царь зверей. Однако наполнение «смертельного» царства оставляет желать лучшего: в нём нет стержня, оно подобно бездне Тартара — внутри бескрайняя темница и сплошная пустота, пшик в бесконечность без намёка на реальность. Будь ты хоть десять раз тигром, а без верных подданных — всего лишь крикливый, пустолайный дикарь, заточённый в сердце мрака. И самое забавное — для осознания сея вероломства голове даже времени на остыть не требуется: халтура считывается мгновенно. Нам навалили кучу экшена с претензией на живописность, а смотреть в результате попросту не на что. От увиденного к горлу подступает лишь тошнота — всё из-за смердящего запашка искусственности, когда любое действие совершается ради самого действия, да ещё и в декорациях из двух сосен. Будто нам представили «голую», не CGI-киноверсию — стадию «до» внедрения компьютерной графики, — а на предпоказе она всем зевакам настолько понравилась, что творцы попросту отказались выпускать полноценную, сославшись на… «авторское видение». Потому-то труд техников и пошёл насмарку: они готовы были горы свернуть, но им велели поутихнуть и довольствоваться малым.

Кадры взяты с сайта IMDb

В итоге три столпа формируют жиденькую конструкцию, кою шатает от малейшего дуновения. В «Планете смерти» нет ничего собственного — нет свежего взгляда на расу Хищников, притом что добрая половина повествования ведётся от лица одного из Яутжа. Начинка кадра и вовсе скупа на детали — картинка почти перманентно статична, и лишь изредка в ней теплится жизнь. Впрочем, и так и эдак смысла в происходящем нет: либо экшен ради экшена, либо «уморительная» болтовня, оставляющая после себя комок в горле. Фильм будто бы создавался для детей — самой непритязательной аудитории, по причине около нулевой насмотренности, которую творцы готовы пичкать худшими отбросами, лишь бы окупить бюджет и высосать содержимое карманцев до последней монеты. И что ж, у них это вышло: «Хищник: Планета смерти» стал самой кассовой частью франшизы, хотя в нём нет и миллионной доли того задора, что переполнял оригинал, сделав его культовым кинополотном на века.

Оценка — 2 из 10