Steel Ball Run: JoJo no Kimyô na Bôken スティール・ボール・ラン ジョジョの奇妙な冒険

Мы все с трепетом на сердце его ожидали, и вот знаменательный день наступил — свет увидел первый эпизод «Гонки „Стальной шар“». Минуточку, какой-какой «шар»? О чём вообще речь? О, такое стыдно не знать. Ноне «Невероятные приключения ДжоДжо» — не просто некое там безымянное аниме, а грандиозное событие, что некоторые личности воспринимают в штыки и лезут на рожон — пусть не с кулаками, но с издёвками по направлению почитателей творчества Хирохико Араки, автора оригинальной манги. Те же, кто на светлой стороне — пользователи хамона, — прекрасно понимают всё величие серии и почему перед нею надлежит встать в изящную позу, понеже весь тайтл пропитан мускулиной крутостью и чистым пафосом. Однако сюжет при сём подходе не является чем-то пресловуто-галочным — нет-нет, он цельный и всякий раз при единой основе обретает уникальные, диаметрально противоположные черты. Араки-сан не входит в одну речушку дважды, а сочиняет совершенно свежие особенности для каждой новой арки. Здорово, не так ли? И что же творец приготовил нам в седьмой части своего джостаровского эпоса? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Хирохико Араки (荒木 利之, род. 7 июня 1960, Сендай, Мияги)

И начинается представление с коротенького двухминутного вступительного слова о Диком Западе, вкратце рассказывающего о колонистах и демонстрирующего на фоне чудеса 3D-графики да тот факт, что первые поселенцы имели сверхчеловеческие навыки, коим обучали самых бойких и верных короне индейцев. Хотя последнее для бывалого зрителя — не магия, а сила одержимости стендом в духе OVA «Так говорил Кисибэ Рохан»: там тоже парнишка бегал со скоростью Гермеса. Следом мы попадаем на пресс-конференцию, где уже представляются суть и правила гонки «Стальной шар» с призовым фондом ажно в 50 млн долларов. Эм, капиталец нехилый, но для 1890 года просто-напросто неподъёмный для какой-то невнятной эстафеты — ведь какой лопух решится выдавать награду, равную целому будущему бизнесу по строительству крыльев для Boeing? Аль в параллельной вселенной и экономика иным образом работает? На деле же сказанное — привычная сценарная условность, когда хочется обозначить заоблачную сумму, эдакое поражающее до раскрытого, как у наивного зеваки, рта «много-премного», благо не нарисовали сокровище на девять миллиардов. Зато через мгновение исправились, прекрасно изобразив первого официально представленного героя гонки — Джайро Цеппели, и получилось это до неприличия эпично. А чтоб совсем до сияющего блеска заполировать сюжетный врыв, показано и прямое действие стенда, пусть и в загадочном ключе, особо привлёкшем мальчишку в кресле-каталке, который носится на нём ещё оперативнее юного «вождя» из пролога.

Отказ показать «шарики поближе» не бьёт по решимости молодого калеки, а лишь вызывает ещё больший её всплеск, и нас незамедлительно погружают в предысторию. К слову, имя персонажа пока названо не было, но зритель давно почуял присутствие джостаровского духа, из коего можно прийти к смелейшим выводам, моментально подтверждающимся через секунду после мысли: «А когда уже?» Правда, звучит оное как-то грустно и невыразительно — на фоне-то цыганских фокусов Джайро, — под стать дождливому объяснению, почему Джонни Джостар ходит не на своих двоих. И причина тривиальна: он вам не истинный джентльмен Джонатан, а обделавшийся под себя грубиян. Ну, по крайней мере, воля у него железная, и даже будучи в состоянии полудееспособного, он продолжает стоять на своём, дабы доказать всем: у волка всё ещё есть зубы. А завершается действо возвращением на сцену эрмиева сына, решившего тоже принять участие в знаменательном челночном-событии. Да-да, лошадь ему ни к чему — понесётся прогулочным шагом на самый финиш могучими ножками.

Ах да, забыл пояснить: вступительный эпизод по классике жанра имеет вдвое удлинённый хронометраж, потому-то первые двадцать минут и были спокойно потрачены на размеренное представление героев, краткую экспозицию и подготовку к гонке, а вот вторая половина уже обещает скачки через континент — от Сан-Диего до Нью-Йорка. Перед стартом перечисляются имена фаворитов и наконец-то показывают главного из них, виновника предыдущих шести арок, — Диего Брандо. Упоминается, конечно, кровосися-негодник вскользь, однако намотать на ус такого молодца-удальца не помешает. Забегая вперёд: из минусов — озвучивает легенду не Такэхито Коясу. Увы и ах! Параллельно Дио мы встречаем ещё массу знакомых лиц — Мухаммеда Абдула и старуху Энию — и кое-кого новенького: Поколоко, полагающегося исключительно на веру в личную удачу. Прочие события начального этапа «Стального шара», пожалуй, опущу — их надо видеть, кроме того факта, что Джайро сражается очень грязно, даже с теми, кто играет против него честно и борется, имея в кармане не подлый трюк, а лишь голое мастерство.

Такэхито Коясу (子安武人, род. 5 мая 1967, Йокогама, Канагава)

И доскакали мы до завершения эпизода, когда вся бравая ватага выезжает из поворота на последний, прямой отрезок трассы. Тут нам окончательно дают понять, кто будет главной пятёркой героев сезона. Правда, не догадаться до сего откровения было невозможно, будь ты хоть трижды валенком. Однако в защиту «сибиряков» скажу: из всего квинтета не получил даже минимальной экспозиции Диего Брандо, которого продемонстрировали просто как стратегически подкованного наездника, использующего хитроумные финты для получения справедливого преимущества; предыстории же остальных показали не только словом, но ещё и дополнили делом, отчего конфликты и причины участия в гонке каждого — предельно понятны. Заканчивается серия лаконично и без лишних фанфар — пересечением финишной черты. Ну, утаивать победителя первого этапа «Стального шара» смысла нет: разумеется, благодаря цыганскому козырю верх берёт Джайро Цеппели.

Перед подведением уже нашей черты добавлю пару фраз про техническую часть. Во-первых, я, конечно, всё понимаю: «ДжоДжо» попал в руки Netflix, да и нонче ONA-формат правит балом, но вспомним приключения Джолин. В «Каменном океане» народ внешне был изображён куда симпатичнее — в глаза не бросались постоянные корявые, выбивающиеся из кадра трёхмерные вставки, порой даже в анимации центральных персонажей. Стоила ли скорость производства того, чтоб принести в жертву велелепное качество рисовки, столь полюбившееся фанатам? Мда, такая вот ложка дёгтя в бочке с мёдом, зато в прочих аспектах — жить можно, пусть и хотелось бы того же уровня, али боле, что был при Джорно Джованно в «Золотом ветре». Во-вторых, визуальные эффекты никуда не пропали — цветут да пахнут всё с той же пафосной мощью. В-третьих, действительно радует аудиодизайн: звуковое сопровождение и музыкальное оформление на высоте, тут не придерёшься, пусть и атмосфера конца XIX века слегка не выдержана в нужном стиле. Но здесь уже чистая субъективная вкусовщина: кому-то в радость на Диком Западе слышать свинговые мотивы, а для кого-то услада для ушек — исключительно вой койота.

В итоге перед нами оказывается не какой-то там старт седьмой арки, а целое культурное событие, что встаёт во главе весеннего аниме-сезона. Да, начало не без проблем, однако моё регулярное нытьё о неприятии внедрения в кадр кривой компьютерной графики с лихвой компенсируется сюжетом. Что поделать: Хирохико Араки — гений, и даровитого авторского видения у него не отнять. Творец вновь меняет вектор повествования на совершенно новый и вновь оказывается прав, отчего вкупе выигрывают все: от любителей манги до приверженцев её адаптаций. Посему «Гонка „Стальной шар“» — хит нонешнего сезона, что затмит любое другое произведение и низвергнет его в пучины Тартара прямиком к древнему тирану Кроносу. Благо хитрые, как Дио, соперники по индустрии успели выйти зимою и поймать свой драгоценный кусочек славы за хвост, покуда его в изящной позе не перехватил настоящий титан — «Невероятный ДжоДжо».

«They’re not that nice»

Совсем недавно жанр комедии цвёл и пах, но сегодня обернулся в нечто неудобоваримое, ведь как можно над чем-то шутить, ежели кругом столько нежных и впечатлительных персон, которым может показаться оскорбительной любая, даже самая безобидная шутка? Именно поэтому юмор в фильмах стремительно угасал два десятилетия кряду и за пятнадцать лет деградации обернулся максимум одной забавной аллегорией на целое двухчасовое кинополотно. Не густо, да? Про залихвацкие варианты и говорить страшно. Однако последним на моей памяти достойным произведением является гениальная картина Шейна Блэка 2016 года «Славные парни». Причём «до» он снял и написал «Железного человека 3», а «после» — «непревзойдённого» «Хищника» 2018 года. Ну, раз в год и палка стреляет — вот и творение режиссёрской и сценаристской мысли автора раз через раз даёт сладчайшие плоды. Видимо, с оригинальными идеями работается лучше, нежели со всякими бесчисленными квадриквелами. Сама же лента удивительна тем, что в своей сути имеет дух ноарных детективов и развивает классическую тему взаимодействия между абсолютно разными напарниками по неволе, позже становящимися лучшими друзьями-детективами во всём Лос-Анджелесе. Но как же именно они прошли путь от случайных знакомых до верных друг другу товарищей? Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Шейн Блэк (Shane Black, род. 16 декабря 1961, Питтсбург, Пенсильвания)

Начать хочу с трепетно выстроенной композиционной структуры. «Славные парни» очень кратко и чётко представляют во вступлении героев поодиночке, а после незамедлительно сталкивают их вместе, дабы воочию показать яркий контраст в методах профессиональной деятельности, да заодно и создать конфликт между героями, кой станет камнем преткновения на первых порах совместного расследования. Притом самое интересное заключено в характерах персонажей. Рассел Кроу сыграл импульсивного бугая Джексона Хили, бьющего морды направо и налево да находящегося практически на самом дне общества, живущего почти по наитию, когда каждый день равен предыдущему. Райан Гослинг же слился с амплуа неудачника-лентяя Холланда Марча, пребывающего в глубочайшей депрессии из-за гибели жены, встающего по утрам и продолжающего совершать телодвижения исключительно ради дочери. Чистая классика жанра ноара — не хватает только бесконечного дождя на фоне да чёрно-белого фильтра.

Рассел Кроу (Russell Ira Crowe, род. 7 апреля 1964, Веллингтон, Северный)

Райан Гослинг (Ryan Thomas Gosling, род. 12 ноября 1980, Лондон, Онтарио)

Удивителен фильм ещё и тем, что Кроу и Гослинг в принципе не являются исполнителями комедийных ролей, отчего и смотрятся в кадре — тем паче в дуэте — на удивление колоритно. Актёры не просто вжились в личины нерадивых частных детективов, а будто ими и родились. Профессионализм не пропьёшь и... не проешь, хотя оное Максимус старательно делал в реальной жизни, «не умерший в конце Драйва» же — только по сюжету. Единственная загадка: с релиза на широкие экраны минуло уже десять лет, но по неведомой причине до сих пор нет сиквела, хотя Шейн Блэк большой любитель их снимать. Где вторая часть? Почему она всё ещё не вышла, мистер Блэк?

Пару слов о самой истории. Завязка сюжета проста: некая девушка нанимает Хили отвадить от себя ищейку, ступившую на её путь. Последним оказывается Марч, который расследует совершенно другое дело и пересекается с барышней чисто случайно, однако получает в награду за личное рвение удар по лицу и сломанную руку. Приятного мало, но вокруг милочки сгущаются тёмные личности, наведывающиеся уже к Джексону за ответами. Вот так и стартует повествование, впоследствии раскрывающееся как тотальный корпоративный заговор, в коем принимает непосредственное участие даже правительство Соединённых Штатов. Казалось бы, перед зрителем пытаются выстроить сценарий «глобального» спасения мира. Ан нет — проблема решается локально, а полномасштабные действия скрываются за кулисами знакомства через несколько влиятельных рукопожатий. Прямо как в жизни.

Незамысловатость происходящего полностью компенсируется актёрской игрой и шутками, несмотря на утрату большей части глубины и смысла юмора из-за «корявого» дубляжа, по стандарту жертвующего точностью в угоду липсинку. Но в любом случае каждый созерцатель останется доволен, понеже множество перлов в принципе тяжело понять тому, кто живёт вне американского жизненного уклада али вовсе не интересуется им, а те моменты, что понятны всякому, порадуют и так, даже без элитарного перевода для киногурманов — официальные русские голоса подобраны идеально и прекрасно ласкают слух со всем ворохом шероховатостей. Несогласные же — представители партии митингующих против воздуха.

Чуть не забыл отдельно пролопотать про технические аспекты. Во-первых, картинка приятна глазу: цвета сочные, третий план выстроен со вкусом, не без пошлости — куда же ноарный детектив без нагих женщин али мужчин там и сям. Во-вторых, атмосфера полностью передаёт дух Города ангелов конца семидесятых. Лично мои очи ни к чему придраться не смогли — сплошная услада. В-третьих, дополняются предыдущие пункты чутким симбиозом происходящего на экране действия со звуковым сопровождением и музыкальным оформлением настолько, что в какой-то момент ваши ушки обретут собственную волю и упадут на колени, как перед царём-батюшкой, в мольбах пощадить их от столь велелепного аудиодизайна. Наконец, не могу не добавить пару восторженных словесов про исполнителей второстепенных ролей. Не только Кроу и Гослинг сияли — вообще все справились на громогласное «ура!». В частности отметил бы актрису, воплотившую дочь Холланда, в лице Энгаури Райс. Странно… за столь внушительный временной промежуток ничего крупнее Холли Марч в её карьере не появилось. Ну, ещё не вечер — успеет поймать кота за хвост да схватить быка за рога участием в оскароносном проекте.

Энгаури Райс (Angourie Rice, род. 1 января 2001, Сидней, Новый Южный Уэльс)

В итоге перед нами чудесная без пяти минут ноарная детективная комедия о закадычных напарниках, проходящих путь от открытой неприязни до лобзания в дёсны за кадром. Дурак дурака, да? Воплотить их дугу характера в жизнь для большего специалиста в данном вопросе — Шейна Блэка — оказалось парой пустяков. Замечу: творец не пустился в самоповторы, а выдал абсолютно свежую и интересную историю. Потому-то картина вкушается живо, причём идеально подходит для многократного просмотра — никакого пресловутого «однократного проходняка под пиво» нет и в помине. Отчасти из-за внутреннего наполнения — актёрской игры и юмора; отчасти же из-за полюбившейся многим едрёной атмосферы расследования. В общем, замечательный киноаттракцион. В особенности идеально зайдёт фанатам L.A. Noire — как само собой разумеющееся дополнение к игре. Минимум в сём ключе мне зашло: эдаким частным сыщиком мог выглядеть Коул Фелпс и Джек Келсо по выходу на заслуженную пенсию. Посему «Славные парни» — лента на долгие годы, что уже прошла огонь, воду да медные трубы и будет проходить любое испытание на временную выносливость без сучка и без задоринки, становясь, как вино, только лучше. Сколько раз — бывало и подряд по кругу — я созерцал приключения дуэта Хили и Марча — не упомнить, наверное, под добрую сотню. Но во всякое новое «знакомство» глядел с широко распахнутыми очами да искренней улыбкой и буду смеяться над шутками даже в тысячный раз словно в первый, настолько велелепен фильм в своём исполнении, отчего и заставил меня пуститься в одну сплошную медовую оду, восхваляя его и превознося над целым миром. Да, произведение монолитное — на века.

Оценка — 10 из 10

«Once upon a time in Nazi occupied France...»

Меня невозможно назвать истовым поклонником режиссёрского мастерства Квентина Тарантино, ведь я, скорее, ценю его дар к написанию диалогов, нежели виртуозность показа активных действий, понеже чаще всего на экране у него разворачивается чистейший сюр и полнейший фарс. Местами всё смотрится уместно и даже полностью обоснованно, но порой авторский полёт фантазии раскручивается на полную катушку и творческий ум выдаёт настолько лютую сценарную дичь, что так и хочется истерично закричать: «Закрой рот, пока чёрт не плюнул», — ибо челюсть от сюжетных вывертов напрочь отвисает без права на своевольное закрытие у любого, кто вкушает тарантиновское кино. Блестящим амбассадором подобного подхода служит фильм «Бесславные ублюдки». Да, зрелищный — спору нет, правда, насколько же самопротиворечивый и глупый. Например, вступительным кадром нам показывают, как деревенский мужик топором молотит пень для рубки дров. Эм… зачем он занимается одновременно и сизифовским, и вредительским делом? Видимо, ради красоты, либо кто-то попросту не знает, для чего пенёк вообще нужен. Наверное, дома хлебушек и колбасу Квентин тоже кромсает прямиком на голом столе: разделочная доска — ересь от лукавого. Всё, боле я не коснусь обычных ляпов али грехов — вознесу перо к плечу и обрушу его исключительно на сюжетные проблемы, кои ломают сам хребет истории и при исправлении запускают финальные титры раньше положенного срока. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Квентин Тарантино (Quentin Jerome Tarantino, род. 27 марта 1963, Ноксвилл, Теннесси)

Самый невероятный момент поджидает в конце первой же сцены, когда после бесконечно длинного монолога о собственной непревзойдённости Ганс Ланда — в исполнении Кристофа Вальца — берёт и отпускает бегущую в зенит героиню Мелани Лоран — Шошанну — куда глаза глядят. Создаётся впечатление, будто из ленты вырезали жирный кусок, где спустя сто метров «форы» была дана команда «взять», хотя бы дворнягам, спущенным с поводка. В реальности же девчушку никто не пытался догнать. То есть ваша айнзацгруппа припёрлась на ферму ради поимки и расстрела спрятавшейся еврейской семьи, но… отчего-то ни с того ни с сего решила проявить барское милосердие? Бессмыслица же тотальная. Тем паче к концу дня, после прочтения начальством стопки рапортов от подчинённых, кое-кто отправился бы паковать вещички и был бы выпнут на улицу без выходного пособия.

Кристоф Вальц (Christoph Waltz, род. 4 октября 1956, Вена, Нижняя Австрия)

Мелани Лоран (Mélanie Laurent, род. 21 февраля 1983, Париж, Иль-де-Франс)

Однако то были цветочки: сочнейшие ягодки зрели на соседнем огороде. Чумазая беглянка без краюшки хлеба в кармане каким-то магическим образом сумела не только документально сменить личину на абсолютно новую да незапятнанную, но ещё и обзавестись целым кинотеатром в придачу. Причём между событиями прошло всего-навсего три года, правда, нас уверяют, что с 1941 по 1944 минуло аж четыре. Ну, в любом случае, неплохой такой карьерный рост: по щелчку пальцев — от голой нищенки до владелицы бизнеса в оккупационный период во Франции.

Доле в кустах поджидает вереница бреда буйнопомешанного, скрывшаяся в сцене встречи диверсантов. Жаль, речь не про Брэда Питта в амплуа харизматичного лейтенанта Альдо Рейна, а про «гениальные» сюжетные выверты. Во-первых, брать в команду того, о ком писали все местные газеты и кто обладает максимально узнаваемой физиономией, — верх шпионского безумия. Во-вторых, накал шизофазии подкрепляется тем, что столь фактурную рожу не узнают ни солдаты, ни даже член гестапо. В-третьих, мало в чане одного колоритного бойца-удальца — ему срочно требуется помощник в лице британского агента, который не знает банального баварского жеста и выдаёт саботажную банду с потрохами. Последнее, казалось бы, вовсе не грех, а тонкая аллюзия: дескать, уделяй внимание мелочам. К сожалению, высокохудожественный элемент оборачивается чушью, поелику нам заявили Майкла Фассбендера не вчерашним курсантом из академии, а профессиональным военным лазутчиком. Представьте, ежели бы Штирлиц всюду бродил с «Калинкой-малинкой» нараспев, стараясь брать высочайшие ноты в метре от Мюллера.

Брэд Питт (William Bradley Pitt, род. 18 декабря 1963, Шони, Оклахома)

Майкл Фассбендер (Michael Fassbender, род. 2 апреля 1977, Гейдельберг, Баден-Вюртемберг)

Хотя зачем включать мозг, да? Вот и немецкое командование его не врубает, когда всей верхушкой просто-напросто собирается в кинотеатре Шошанны безо всяких проверок — и всё. Ладно бы действия разворачивались в Берлине, но на оккупированной территории не принять элементарных мер безопасности? Ни тебе танкового батальона в городе, ни роты солдат внутри здания, ни полудохлой собаки на входе — ни-че-го, особенно странно эта беспечность выглядит на фоне жутчайшей паранойи Алоизыча после покушения. А дабы диверсионное бытие совсем мёдом показалось, нужна была вишенка на торте: заполировал красоту Тарантино фирменным фетишем, когда заставил бедную девушку на сломанной по сюжету ноге взгромоздиться на каблуки без намёка на вспомогательные костыли. Тут даже гением Ландой быть не надо, чтоб за минуту заподозрить неладное и понять нечистое — достаточно самого завалящего увальня с толикой здравого смысла в башке.

Ещё ложечка серого вещества не помешала бы Шошанне, которая хамит «бравому» «герою» вермахта, ставя исполнение плана-капкана мести под угрозу срыва, вместо хитроумной увёртки. Как добыть в собственные владения кинотеатр — так ловкая лисица, а как обмануть спесивого нациста, набивающегося в кавалеры-любовники, — так дуб дубом вперемешку с сибирским валенком? Того гляди и выжила бы, коли немного пораскинула бы бестолковкой.

В итоге перед нами предстаёт не цельная история, а всего лишь набор разрозненных сцен, скреплённых через пень-колоду. Отдельные кадры — взрыв эмоций и чувств от велелепной актёрской игры. Пуще всех блистал на экране, разумеется, Кристоф Вальц, но и другие тихо-мирно в уголке не отсиживались — каждый внёс свою лепту в картину. Прочие технические моменты тоже на высоте — съёмочная группа постаралась на все сто. В частности доставило звуковое сопровождение и музыкальное оформление: любой мелкий пшик бьёт по ушам громом среди ясного неба, будто Квентин уболтал самого Тучегонителя помочь ему поработать над аудиодизайном ленты. О, как же было бы здорово, ежели в похожем ключе нашёлся бы и славный коллега по написанию внятного сценария — на край тот, кто отполировал бы все зазубрины и привёл текст в порядок, понеже сам творец нацарапал нечто откровенно бессмысленное и безыдейное, зато какое зрелищное. Посему «Бесславных ублюдков» я не воспринимаю как полноценное произведение. Для меня они — случайный набор гэгов, скреплённых общей — хоть и туманной — повествовательной нитью, но упорно отказывающихся сливаться в единое кинополотно. На ум без конца приходит идеальный пример для сравнения — фарс-комедия Владимира Валентиновича «Ширли-мырли», где вся структура — незыблемый вековой монолит, что не шелохнётся ни на градус, как его ни шатай, как на него ни дуй. Отчего же у Тарантино вышла диаметральная противоположность — жалкая гнилая избушка, рассыпающаяся под собственным весом? Ответа на столь волнующий вопрос — увы! — никто и никогда не даст. Даже находясь в руках умеющего развязывать языки командира Альдо.

Владимир Меньшов (Владимир Валентинович Меньшов, род. 17 сентября 1939, Баку, Азербайджанская ССР)

Оценка — 7 из 10

«The system is perfect until it comes after you.»

Научно-фантастический путь для Тома Круза начался двадцать четыре года тому назад с фильма из-под режиссёрского пера Стивена Спилберга — «Особое мнение». Том сыграл в нём специалиста по расшифровке предсказаний и по совместительству маэстро-детектива Джона Эндертона. Да-да, стартовал наш любимчик по тропке длиною в бесконечную сингулярную петлю не с привычного инопланетного вторжения, а с детективного триллера, в коем он останавливал потенциальных душегубов за секунду «до» совершения ими страшного деяния. Но не один лишь месье Круз достоин медовых од: актёрский состав в целом блистает громкими именами — от Макса фон Сюдова до Колина Фаррелла. К слову, построен сюжет ленты на «принципе самосогласованности Новикова»: любой поступок гарантированно будет совершён, и изменить его невозможно без вмешательства извне — хоть в бункере запрись да ключ потеряй. И, казалось бы, раз вы — стражи закона — схватили за хвост саму грань пространства и времени, то посадка в криогенную камеру за мыслепреступление — тот ещё эквилибристический швиндель, дарующий картине уже на этапе прочтения синопсиса первое клеймо «глупости» за нарушение логики. Минуточку... как известно, «Папа сам трактует Библию», потому сильные мира сего сами решают, где справедливость и честность, а где анархия и подлость, тем паче когда речь заходит об экспериментальной зоне. Ух, авторы, ну вы и насочиняли... О’Брайен нервно курит в сторонке. Однако всё сказанное — лишь цветочки; вишенки для торта зреют впереди. При всём интересе лицезрения кинополотно испещрено целым ворохом сценарных «допущений». Вот об этих-то «весёлых» огрехах я вам сегодня и поведаю.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Стивен Спилберг (Steven Allan Spielberg, род. 18 декабря 1946, Цинциннати, Огайо)

Макс фон Сюдов (Carl Adolf von Sydow, род. 10 апреля 1929, Лунд, Сконе)

Колин Фаррелл (Colin James Farrell, род. 31 мая 1976, Дублин, Ленстер)

Приступить к разбору хочу с футуристичного столования драгоценнейших провидцев в кислородной жидкости и способа изготовления предсказаний. Использование дыхательного геля на большой глубине, дабы давление не обратило в лепёшку, — одно; определение же питательной водички-молочка в качестве постоянного места жительства для редчайших «оракулов» — совсем другое. Видимо, новаторский метод эффективно уберегает от пролежней. Правда, через мгновение хук с правой подкрепляется нокаутирующим коротким прямым с левой — «конвейерной магией».

Складывается впечатление, будто всякое творение, где взаимодействуют со временем и присутствует производное от слова «особый», обязано нести частичку самобытного механизма создания «посланий», иначе выходит моветон. Я, конечно, всё понимаю, но воздвигать промышленный завод по выточке бильярдных шаров и не показывать мастеров с долотом наперевес — неудобоваримое для плотницкого взгляда сопостатство, притом что деревообработка меня ничуть не занимает.

Ну да ладно, на ход сюжета ведь сия красота никак не влияет… не влияет же?.. О, супротив — формирует монолитный фундамент: «невозможность подделки» разбивается о факт моментального создания и прочтения прорицания. Продумай мистер Спилберг декорации чуточку иначе — завязка поломалась бы напрочь, понеже показанное не имело бы ни малейшего шанса перейти из «предполагаемого» в настоящую реальность.

Каждое последующее «допущение» — тот же камень преткновения, ставящий жирную точку в развитии фабулы. Хотя демонстрационный арест во вступлении — скорее исключение, состоящее из вереницы бреда буйнопомешанного, включённое в поток повествования с единственной целью — зрелищно показать принцип работы системы. Задумка прекрасна, теоретически цветёт да пахнет — реализация же хромает на обе ноги. Во-первых, тотальная слепота: сперва местного Менелая, не замечающего любовника жены, околачивающего груши напротив входа в родное гнёздышко; затем самой суженой, которая в порыве страсти будто нарочно не зрит лишнего добра молодца у кровати. Во-вторых, задержание через пень-колоду: ради хилого клерка выдвигается целый отряд спецназа, нанося при штурме дому ущерб, от коего диву даёшься. Почему нельзя было изначально ворваться втроём-впятером и скрутить бедолагу, ежели Том Кукуруз как раз это и провернул в одиночку? Товарищи его подоспели аккурат в нужный миг, когда всё закончилось, и их помощи вообще не требовалось. В-третьих, наказание заморозкой на десятки лет за несовершённое преступление в состоянии аффекта — отдельная песнь. В чём суть «исправления»? Заключение длится секунду и ни к каким благотворным мыслям не приводит и при всём желании привести к ним не может. Наконец, пик «гениальности» — горы криогенных «каторжников», запертых в высокотехнологичных капсулах. При царящей на улицах разрухе подобная тюрьма выглядит вздорнейшей тратой ресурсов. Отчего, собрав вышеописанное воедино, резюмирую: вкупе выходит не отлаженная тестовая система профилактики, а её безликая имитация — пустой пшик в бесконечности, подталкивающий к новым — но уже осмысленным — деяниям. Хотите посмеяться? Сценарий за пятнадцатиминутный пролог был низвергнут в пучины Тартара. Есть ли после столь крепкого напора шизофазии смысл продолжать разбор оставшихся двух часов? Будто бы нет. Однако пусть мы и не танки — грязи не боимся: ноги в руки — и доле на покорение новых вершин «глупости».

Про колиновское проникновение со взломом для шантажа и рекламный променад кругом — умолчу. А вот задержание коллегами заслуживает внимания. Совсем недавно я упоминал скручивание рук толпой щупленькому клерку, когда же дело доходит до нашего героя, вместо приказа «мордой в пол» под надзором дюжины рыл начинаются бесконечные переговоры — лишь бы титры не побежали раньше положенного: «А давай ты тихо-мирно сдашься и поедешь чалиться на полсталетний отдых? Готовы даже самой звонкой кружкой для протестов обеспечить!»

Поочерёдно проговаривать каждый момент из набора клише «юного сценариста», вписанного во всю драку-задержание, — не стану, кроме финала: Джон в роботизированном сборочном цеху садится в готовый автомобиль и, вдавив тапку в пол, спокойно уезжает в закат. Эм, ни роботов-охранников, ни пресловутой приблуды отслеживания внутри машины?.. Нонче мы знаем, кто самый щедрый производитель на рынке — ночью с ломиком обзаведёмся новой Cresta.

Не обойду стороной персональную боль: проявка кадров прокурором Фарреллом на открытой веранде, практически под палящим солнцем, — святотатство. Как любитель искусства фотографии заявляю: увы и ах, плёнка засвечена, теперь её можно только швырнуть в мусорный бак.

Следом за испорченными снимками в ведро отправились бы и глаза Эндертона, однако, видно, не зря он их припас на десерт: спустя несколько дней Джон всё ещё имеет допуск в здание, будучи в статусе «преступника», находящегося в розыске. Я бы понял хитроумный ход конём — поймать его в ловушку и сцапать, — но впустить и выпустить незамеченным — верх сценарной дурости. Особенно забавно смотрится на фоне второго аналогичного вторжения немногим позже (и без разницы, что не лично, а бывшей женой). Ах да… предсказывают ведь не взломы — запамятовал на мгновение.

Ну и доковыляли мы до главного сюжетного поворота, когда объясняются причины всей цепочки событий, что ломают хребет фильма пополам и громко кричат «стоп» развитию истории. Каким образом фон Сюдов маскирует железобетонную последовательность действий аппарата, выдающего точную дату и время предполагаемого преступления? Как ни крути, один-одинёшенек — без помощи десятка преданных кротов внутри — он подобную махинацию ни при каких обстоятельствах не смог бы провернуть — тут же бы раскрыл себя и поднял лапки кверху. Причём мотив у него тоже туманный: государственная программа накроется медным тазом при обращении в суд какого-то сомнительного гражданина? Звучит красиво, в реальности же такого бы никогда не случилось, кроме как в чистейшей утопии, а наша лента не о сказочном голливудском «happy end».

В итоге перед нами картина хорошая на раз. При повторном просмотре «допущения» бросаются в глаза и переливаются через край — смежить очи на такое попросту невозможно: терпение быстро лопается, как мыльный пузырь. Зато как минимум радуют технические аспекты: невзирая на тонну откровенной рекламы там и сям, множество приёмов получили хороший полигон для опытов, чтоб в недалёком будущем стать верной частью «Войны миров» всё с тем же Томом Крузом. Хотя, коли брать глобально и со сравнительным прицелом на сегодняшние релизы, перед нами не «бедолажное» — вполне крепкое произведение от «отца блокбастеров» с расчётом не на научную достоверность, а на верную, излюбленную зрелищность. И как «весёлый аттракцион» творение чувствует себя весьма неплохо, пуще всего при созерцании в компании добрых друзей — вот там будет заход с козырей. В моём же единоличном (не в крысином) варианте просмотра радуга скрывается за горизонтом, и возникают бесчисленные думы в попытках найти причинно-следственную связь между кадрами. Посему «Особое мнение» получило от меня боле хулы и оправданного журения, нежели восторженных словесов. Да, глянул не без удовольствия, но главным образом благодаря восхитительной актёрской игре и какому-никакому футуризму, пусть местами и халтурному. Когда столь «спорные» решения принимает маэстро Спилберг в лучшие годы — возникает масса обоснованных к нему претензий. Например, почему при слабом сценарии Джозеф Косински в «Обливионе» выдал такие велелепные декорации и планы, что испытываешь неподдельный восторг каждую секунду хронометража? А вот Стивен — увы! — подкачал, недотянул. Мда-с. Печально.

Джозеф Косински (Joseph Kosinski, род. 3 мая 1974, Маршалтаун, Айова)

Оценка — 6 из 10

«Do not overlook any anomalies.»

За два года после релиза простой симулятор ходьбы от японского разработчика под названием «Выход 8» стал не просто хитом, а настоящим явлением — и аж успел получить одноимённую киноадаптацию. Однако на горизонте встаёт вопрос: какой сюжетообразующий стержень обретёт фильм, созданный на основе незамысловатой игры, где отсутствует даже намёк на глубинный смысл, зато присутствует залипательный геймплей на добрый десяток часов? И, к моему удивлению, история получает нетипичную для восточных лент драматическую арку, в коей главный герой в исполнении Кадзунари Ниномии бьётся с извечной дилеммой: стоит ли взять на себя ответственность за дела любовные или же уйти за хлебушком, пока не поздно? К слову, тема беременности в сём раскладе не выглядит притянутой за уши ересью — как зачастую ноне трубят из каждого угла, — а довольно грамотно вписана в повествование и позволяет взглянуть на перспективу внезапного создания новой «счастливой» ячейки общества именно с мужской стороны. Страшно ли? Растерян ли? С оных отчаянно-тревожных дум картина начинается — ими же и завершается, приводя «Потерянного» в результате всех чаяний к единственно верному решению. При учёте современных веяний ответа не требуется — всякий давно понял, к чему пришёл парнишка. Но как именно молодой папаша добредёт до своего выбора за полтора часа хронометража — об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Кадзунари Ниномия (二宮 和也, род. 17 июня 1983, Кацусика, Токио)

Начать бы хотелось с коллизии происходящего: реально ли всё показанное, али события кинополотна развернулись исключительно в голове героя? Тут смело можно разделиться на два лагеря: приверженцев фантазии и узников петли. Себя отнесу к научно-фантастической половине, ибо ясно видится область межпространственной сингулярности, куда и угождает Кадзу-кун. Он застревает в цикле и выпутывается лишь тогда, когда приводит рассеянные мысли в порядок, замечая и учась у собратьев по несчастью, которым повезло куда меньше, понеже те уже стали плотью от плоти сего перехода метро. Хотя… вдруг взаимодействие с некоей точкой во времени мне лишь причудилось и наяву не имеет под собой фактических оснований? К примеру, в официальном разделе «жанры и темы» ничего подобного не значится. Однако — она есть, таково моё убеждение, и от него я буду отталкиваться в ходе разбора.

Стартует «Выход 8» не с прямого объяснения — куда подевались предыдущие семь частей? — а с той самой дилеммы будущего нерадивого отца: как поступить? Вступление кричит о бегстве от ситуации, и, видимо, потому парнишка попадает в сингулярную червоточину, понеже каждый бедолага внутри так или иначе связан с темой «отцов и детей». Мысль раскрывается не сразу — постепенно, медленно, зато верно, становясь к финалу предельно доходчивой центральной концепцией произведения. Параллельно тургеневской проблеме отчётливо слышится личностный надлом, связанный с отчуждением от труда: всякий новый день равен предыдущему, и в бесконечной веренице повторений лишь настоящая петля способна привести в неподдельный ужас.

И. В. Тургенев (Иван Сергеевич Тургенев, род. 9 ноября 1818, Орёл)

Казалось бы, насколько очаровательно в своей печальной реальности всё показано. Ан нет — герой впадает в безумные метания после первой же неудачи. Причём взрыв эмоций сыгран прекрасно — в него веришь. В целом отмечу невероятный уровень актёрского мастерства всего каста: любо-дорого смотреть не на привычные чрезмерные кривляния — зачастую считающиеся нормой для восточного кино, — а на искренние чувства, пусть и на западный манер школы Станиславского.

Константин Станиславский (Константин Сергеевич Алексеев, род. 17 января 1863, Москва)

Забавнее всего, что в череде «шероховатостей» повинно кривое да рябое структурное построение сюжетных таймлайнов при смене персонажей. Ежели немного перекроить последовательность кадров, ситуация обращается в диаметрально противоположное русло, поелику размывается чёткий ход времени и зрителю даруется ощущение неопределённости. Сколько герои пробыли внутри: день? неделю? месяцы? а может — годы? Причём композиционная целостность возвращается, когда бразды правления принимает офисный клерк. История одзисана раскрывается в пару штрихов, и при виде его нервного напряжения не возникает излишних вопрошений. Когда же созерцателя возвращают к студенту, блуждания по кругу обретают характер вечного и незыблемого. Оттого лицезрение действа не просто получает изюминку, а обращает медленно нарастающую скуку во вновь обретённый интерес — хочется узнать, чем всё завершится.

Спасительное усложнение сработало как часы и заставило меня задуматься: не демонстрируют ли нам одного-единственного человека в разные годы жизни? Правда, предположение почти сразу отметается — авторы чётко и без промедления обозначают, кто с кем связан, а кто лишь случайный пешеход. Однако даже при таком повороте сюжет не деградирует. Хотя дверь для боле широких дебатов по поводу открытого финала можно было бы не затворять наглухо, а великодушно оставить узкую щёлку для бурной полемики.

Теперь молвлю пару фраз о техническом состоянии ленты. Во-первых, картинка вычищена до зияющего блеска: белые стены станции метро символизируют психическое помешательство — им бы ещё толику мягкости добавить, и было бы не отличить от стерильной палаты сознания. Саспенс нагнетается будь здоров — ближе к кульминации сам начинаешь во всём сомневаться и, вслед за Ниномией-куном, принимаешься искать различия между «комнатами». Декорации выставлены на пятёрку — не придерёшься. Порой складывается ощущение, будто наблюдаешь стрим в лайф-формате: дух оригинала передан на все двести процентов.

Во-вторых, изображение дополняется чутким симбиозом звукового сопровождения и музыкального оформления, доводя атмосферу до кипящего градуса накала фантасмагории и репрессируя кукушку куда-то на задворки адекватного восприятия. Максимальный эффект, правда, достигается исключительно в наушниках — без них не то.

В-третьих, без минусов не обошлось — заключены они в порой нелепой реализации «аномалий»: часть впихнута словно ради галочки, дабы отдать дань игре. Когда подобные кадры маячат на горизонте, мозг начинает кричать о противоречиях — вернее, о пустоте их содержания. Не сумели выдумать сценарий на два часа, чтоб сгладить углы и привести повествование к единому знаменателю? Аль продюсеры не дали зелёный свет на больший хронометраж, и пришлось местами ужиматься до упора?

Наконец, при всём качестве дубляжа он пестрит огрехами. Например, студентик читает правила, где сообщается: «Коли не увидите аномалий — не оборачивайтесь». Хотя чёрным по белому написано: «If you do not find any anomalies, do not turn back» — то есть «не поворачивайте назад». Притом что секундой ране было заявлено без ломающих логику допущений: «Увидите необычное — немедленно возвращайтесь». Одному владыке Зевесу ведомо, сколько подобных оговорок скрывается в переводе, но о глупейшей я уже помянул — вряд ли сыщется боле вопиющая ошибка. Ну а чисто на слух озвучка — без сучка да без задоринки, приятно ласкает уши голосами профессионалов.

В итоге перед нами предстаёт социальная хоррор-драма, коей нонче благоволит публика. Смотрится японский представитель жанра бодро, особливо после сбивчивости в начале. Скажу сверх того — закончил вкушение с превеликим интересом и остался доволен как слон: расстроен развязкой не был, ибо слышал о массовой хуле и заране готовился к худшему, а вышло в разы лучше. Не сознаю, чем творение столь сильно не угодило критикам и рядовому зрителю, ибо фильм — хорошая атмосферная картина в духе научной фантастики с глубоким самокопанием, адаптированная по простенькому симулятору ходьбы. Для восточной публики стала шоком реализация на западный манер? Иных причин для негодования не усматриваю. Али народ узрел в молодом парнишке отражение самого себя и впал в депрессию? В таком случае да — остаётся лишь пребывать в состоянии грусти, тоски да печали, понеже как ни старайся, изменить существующий порядок не выйдет. Прогнило не общество — сама система поломана. Оттого и штампуются не морально-волевые личности, а мрачные тени настоящих людей, которые не живут, не дышат полной грудью — а лишь существуют, день ото дня стараясь не захлебнуться в вечном потоке борьбы за выживание. Посему мне «Выход 8» и пришёлся по сердцу: да, ему не достаёт лоска; да, вступление ощутимо проседает; да, попытка перенести «ловушки» из первоисточника порой выглядит пшиком в бесконечности. Однако не совсем удачная попытка — ещё не полный провал. В корне своём произведение несёт верные постулаты, кои тремя рядами острых зубов впиваются в созерцателя по ту сторону экрана — и не отпускают до финальных титров.

Оценка — 7,5 из 10

«Earth is a memory worth fighting for.»

А вы знаете, что Тома Круза хлебом не корми — только дай сыграть роль в фильме, где пришельцы либо пытаются, либо уже успели поработить нашу планету? Одним из таких произведений стал «Обливион» — творение любителя научной фантастики Джозефа Косински, который здесь выступил и режиссёром, и сценаристом ленты. Сюжет возводится прямо на обломках нашей цивилизации, где Тому досталось амплуа техника Джека Харпера под номером «49». И при всей банальности истории, за её развитием наблюдаешь не без интереса. Правда, местами кроется в ней такой крепкий ворох сценарных допущений, что созерцательскому терпению рано или поздно приходит конец. Цугундер ломится внутрь ровно тогда, когда глупости достигают критической отметки и переливаются через край. Пересечение грани отключает милосердное закрытие глаз на бесконечную вереницу чудесных цепочек действий, всякий раз ведущих к следующему шагу в раскрытии главной интриги. Исправление любой из них способно всё перечеркнуть и обернуться ранними финальными титрами. Вот об этих-то «весёлых» «допущениях» я вам сегодня и поведаю.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Джозеф Косински (Joseph Kosinski, род. 3 мая 1974, Маршалтаун, Айова)

Дебютная проблема является перед зрителем уже на нулевой минуте, когда закадровый Джек разъясняет: как мир докатился до такого? Всё просто — пришельцы уничтожили Луну, и Землю охватил хаос из-за природных катаклизмов — по крайней мере, так нас уверяет фоновый голос «49-го». Во-первых, судя по внешней целостности, наш спутник разрушен процентов на двадцать — при учёте магическим образом неразлетевшихся осколков, — что, разумеется, не повлекло бы за собой никаких страшных, тем паче губительных последствий для населения планеты. Во-вторых, даже ежели смежить очи на пустолайные словеса, то и тотальная аннигиляция Луны не привела бы к столь критическим последствиям, а вот обрушившиеся на поверхность её обломки — да, легко могли стереть жизнь подчистую.

Следом обескураживает появление Тома Круза, который на футуристичном аэроплане прорезает грозовые тучи. Казалось бы, дело в абсолютной защите всех систем управления от электрических разрядов. Ан нет — происходит закономерное падение, после коего герой чудом не погибает, отчего адекватность его дальнейших действий подвергается ещё большим сомнениям. Хотя сцена могла преобразиться до диаметрально противоположной, коли в ней прозвучал бы простой приказ командования: «Провести немедленные учения свежей модификации». Ну, не разбился — и ладно. Да?

После Харпер шокирует высочайшим уровнем навыка «программирования», понеже производит ремонт продвинутого дрона с помощью обыкновенной жвачки. Конструкция из зеркальца на палочке, скреплённая резинкой, в «Спасении рядового Райана» выглядела правдоподобно, но починка иноземной технологии подобным методом походит, скорее, на неудачную попытку пошутить с серьёзным видом.

Закрепляется юмор жирным троеточием — грациозным спуском Джека в ловушку с изяществом кошки и весом комара, поелику припаркованный мотоцикл не только выдерживает массу взрослого мужчины, так ещё и ни на миллиметр не сдвигается. В реальности Том бы упал и минимум получил бы десяток крепких увечий, максимум же — насмерть разбился. А ведь подобной глупости можно было преспокойно избежать, покажи авторы фиксацию в духе подъёмного крана на четырёх штифтах. Как говорил классик: «Ничего — и так хороши будут!»

Замыкает логические дыры завязки сюжета — да-да, не удивляйтесь, целых пять напастей сокрыто в одном лишь вступлении, — исчезновение Харпера с радаров. Всё бы ничего, да только у Виктории, в исполнении Андреы Райсборо, ситуация вызывает нешуточное напряжение — якобы из-за волнения за судьбу товарища. Сцена выстроена так, будто Джек обнаружил хибару день-другой назад, однако по её наполнению ясно: вылазки в серую зону — регулярная практика. Оттого реакция девушки выглядит странно. Она давно должна была оповестить штаб о проблемах связи в конкретной зоне, чтоб туда элементарно, как в будку, свет провели. Но тогда бы «райская» жизнь героя мгновенно перечеркнулась, а финал обернулся бы кошмаром — агонией адского существования на умирающей планете. Как вишенка на торте — вряд ли «49-й» вообще успел бы добраться до места крушения шаттла и найти кого-либо в живых, ежели бы находился дома, а не на секретной и уютной даче.

Андреа Райсборо (Andrea Louise Riseborough, род. 20 ноября 1981, Уоллсенд, Англия)

Тем временем сюжет так али иначе обязан был загнуться ещё на показе жесточайшей посадки спасательного модуля, в результате коей внутри гарантированно погибли бы все без исключения — из-за взрыва и перегрузок. И это при условии, что минутой ране нам крупным планом нарисовали тихо-мирно спускающийся на парашютиках аппарат. Включил движок за секунду «до»?

В том же ключе свершён и захват героя «падальщиками» под управлением Моргана Фримена: при всём своём дружелюбии они почему-то первым делом бьют прикладом Тома Кукуруза по репе, вместо того чтоб преспокойно объяснить суть да дело. На кой ляд было прибегать к насилию? Дабы зрителю сюрприз не испортить? Иного хитроумного оправдания их поведению я не нахожу, понеже повстанцы до раскрытия истины ведут себя как дикие звери, а не благопристойные борцы за освобождение от гнёта космических интервентов. Причём доле их поведение вновь скатывается к эсеровским методам — даже после того, как им ничего не стоит внятно объяснить, что фактически представляет из себя ИИ-Тет. Спойлер: бездушную машину — и всё.

Морган Фримен (Morgan Freeman, род. 1 июня 1937, Мемфис, Теннесси)

Однако человек — не машина, не слеплен из шестерёнок, ему многое простительно. А вот местная матка жестяного муравейника яро доказывает, что она искусственная — да, интеллект — нет. Ибо её решения не поддаются логике: зачем создавать армию биологических клонов Джека Харпера и Вики для обслуживания дронов, когда проще было выстроить полностью автоматизированную станцию, где роботы-техники чинили бы роботов-патрульных? Те самые странные непрекращающиеся магнитные бури так мешали? Так проще было найти решение проблемы с непогодой, нежели выращивать миллионы копий каких-то местных аборигенов.

А чтоб окончательно закрепить за собой звание «ИИ-гения года», тем же местом заявлено в сценарии и само порабощение: на орбите материнский корабль располагает сотнями легионов дронов, тогда как на поверхности постоянно твердят об их нехватке — мол, папуасы с палками всё ломают, а после и драгоценные вододобывающие вышки взрывают, ставя миссию под угрозу срыва. Справедливости ради, и сама задача выглядит невнятной: во имя какой великой цели необходимо истреблять целую цивилизацию, когда ничто не мешало найти миллиард безжизненных галактик и черпать необходимые ресурсы из них?

Ну и апогей всего — концовка. На счёт клишированного уничтожения центра связи и одномоментного отключения всего роя — прикушу язык. А вот про тех самых бедолаг — сотни и тысячи ныне обездоленных Джеков и Викторий — молчать отказываюсь. В эпилоге обязан был объявиться не только «52-й», но и вообще вся ватага: иначе куда они девались? Не в воздухе же рассосались, как бесплатная и доступная медицина. Хотя, принимая во внимание их места проживания — на горных верхотурах без лестниц и верёвок, — есть подозрение, что при попытке слезть они банально поразбивались о скалы. Печально.

В итоге перед нами предстаёт, казалось бы, драное кинополотно, зияющее сценарными дырами. Ан нет — магия Тома Круза включается в развитие сюжета, и на его харизме картина уверенно выруливает в русло «весёлого аттракциона». Активно помогает ему в этом весь прочий актёрский состав — все хороши, как на подбор: от Ольги Куриленко до Николая Костера-Вальдау. Да, бесспорно, как научная фантастика фильм слаб — хилые сюжетные коленочки трясутся под напором космических захватчиков пуще, нежели у отличника, выходящего из библиотеки со стопкой свежих книг по тригонометрии. Зато как эффектный блокбастер — лента развлекает зрителя на троекратное «ура!» и лично мне подарила массу приятных эмоций от лицезрения. Смотрел я её раз пять, не меньше, и ради сочинения текста вновь вкусил «Обливион» не без удовольствия. И лишь на сём заходе до меня дошло, насколько технически крепко он снят — вернее, сваян как монолитный колосс: такому фундаментальному сооружению позавидовали бы даже в Родосе. Посему — уверен, обязательно вернусь к нему разок-другой когда-нибудь в будущем: спустя двенадцать лет произведение выглядит столь же годно, как и в день выхода — а годное изображение футуризма, как водится, на дороге не валяется.

Ольга Куриленко (Ольга Константиновна Куриленко, род. 14 ноября 1979, Бердянск, УССР)

Николай Костер-Вальдау (Nikolaj Coster-Waldau, род. 27 июля 1970, Рудкёбинг, Лангеланн)

Оценка — 7,5 из 10

«Every evil has it’s roots»

Ирландский психоделический ужас от юного режиссёрского дарования Эшлин Кларк под названием «Корни» — нечто, внятными словами почти неописуемое. С одной стороны, картина пропитана народным колоритом и чистейшим безумием, с другой же — процентов на сорок бессмысленностью. Из повествования преспокойно можно вырезать драгоценнейшие кадры феминистической повестки, понеже нужны они для развития истории также, как козе пятая нога: полностью вычурны и представляют собою композиционные рудименты, забивающие хронометраж пустым пшиком в бесконечности. Но, как ни странно, ленте всё-таки хочется дать шанс на житие — имеются в ней и свои достоинства. Вот об этом-то я вам сегодня и поведаю.

Эшлин Кларк (Aislinn Clarke, дата рождения засекречена ЦРУ, Дандолк, Лаут)

Начну, пожалуй, с повестки, ведь и сам фильм стартует именно с неё. Нагло вру, конечно же, выгораживая пролог за скобки, в коем объясняются причины неадекватного поведения девушки Шу в исполнении Клэр Моннелли. На удивление, бедолажку не тиранит отец али отчим, а мать, которая накладывает на себя по-есенински руки, оставляя дочь с ворохом ментальных «вавок» на всю жизнь. И следом за могучим, задающим тон всему повествованию, вступлением в дверь стучится, по идее, завязка сюжета, хотя… по факту происходит экспонирование — и в глаза, и в уши: Шу живёт в гражданском браке с беременной подругой. Про то, кто такая её избранница и откуда она, я намеренно умолчу — дабы совсем не пасть в бездну бреда буйнопомешанного, — лишь вспомню глупейшее высказывание из второго сезона «Одни из нас», идеально ложащееся и на дублинскую ситуацию: «Я стану папой». Последующие порожние выяснения отношений раз за разом опираются на тяжёлое «положение» спутницы по жизни, эдак говоря о явной манипуляции — газлайтингом, кажется, подобное нынче обзывается. И, казалось бы, сходные изречения — ложка мёда в бочке дёгтя, только содержимое сея пчелиной сладости историю не спасает: внушение чувства вины подаётся вскользь, как нечто пустяковое и недостойное внимания. Но мы-то знаем: дыма без огня не бывает. Токсичные отношения всегда ведут к долгому и мучительному разрыву — даже между ними, девочками.

Клэр Моннелли (Clare Monnelly, прочие биографические данные засекречены ЦРУ)

Зато погодя, во всей красе предстаёт тонкая аллюзия: в кадре появляется рыжий мальчуган маньяцкой наружности с козой на поводке. Во-первых, боюсь представить, что он замышляет сотворить с животным — с его-то говорящим видом ничего путного ожидать не приходится. Во-вторых, яснее ночи преподнесено сравнение: лет через десять паренёк сам вырастет и станет козлом. Ух, красота-то какая: как придать серьёзные ноты абьюзивным отношениям — так в кусты, точка на полуслове; а как смачно харкнуть по направлению угнетателей — дайте две попытки, с первой недоплюнула. В целом каст ленты почти полностью состоит из женщин, за исключением парочки случайных и бесполезных мужчин, коим за весь хронометраж даровали от силы четыре оборванные реплики. Даже Мими Кейв не позволяла себе такого варварства в «Свежатинке», а там тираны-узурпаторы исключительно женщинами потчевались — из-за притеснительно-эксплуататорской натуры.

Мими Кейв (Mimi Cave, дата рождения засекречена ЦРУ, Чикаго, Иллинойс)

Фух, наконец-то мы подбираемся к развитию действия. И вот тут-то кинополотно преображается до диаметрально противоположного состояния: несмотря на эксцентричный приветственный жест от бабуси, в сюжет с ноги врывается безумие… или же реальная мистика? Чего не отнять у госпожи Кларк, так это довольно точной демонстрации поведения психически больного человека. Однако интерес кроется не в натуралистичном показе сумасшествия, а в чутком контрасте. До самого финала невозможно понять: события происходят в головах у героинь или виной всему вовсе не массовое помешательство, а реальные проделки членов культа Бафомета?

Стоит отдельно пояснить, что картина выстроена через разговорное нагнетание атмосферы, как в классических мелодрамах. Диалоги кровь из носу требуется внимательно слушать, иначе легко утратится смысловая нить, и события на экране сведутся к одному-единственному разговору длиною в фильм, в коем поочерёдно меняются две-три локации. Для подавляющего большинства подобный подход станет камнем преткновения, но те, кому формат в радость, — останутся довольны. Тем паче кульминация перемежается с чем-то экстраординарным, тем, что за гранью человеческого понимания, — в духе «Дома, который построил Джек» из-под пера Ларса фон Триера. Всё — доле молчу: боле деталей финала раскрывать не стану — его надобно узреть воочию, чтоб вскипел мозг да на лице заиграла улыбка одновременного замешательства и наслаждения.

Ларс фон Триер (Lars Trier, род. 30 апреля 1956, Копенгаген, Ховедстаден)

Вскользь остановимся на технических аспектах. При всей съёмочной скромности, некоторые моменты от души поражают. Операторская работа радует множеством живописных видов окрестной природы, добавляющих изюминку, а избитые, но эффективные приёмы следования за персонажами помещают зрителя в центр происходящего. Всяк смотрящий становится прямым, хоть и незримым, свидетелем сего действа. Чувство погружения подкрепляется чутким симбиозом изображения со звуковым сопровождением и музыкальным оформлением — парочку композиций смело можно добавить в плейлист. В остальном же обошлось без притаившихся сумятиц: всё исполнено на достойном артхаусном уровне.

В итоге перед нами неплохое авторское произведение Эшлин Кларк, что в начале требует от созерцателя пройти испытание на феминистическую выносливость. Тем, кто его — пусть и не без труда — осилит, даруется крепкий саспенс, мечущий то в омут чистейшего безумия, то в мистическую гавань дьявольского культа. Сюжет обладает теологическими корнями и впивается самой сутью в изречение: «За грехи отцов караются их дети, вплоть до третьего и четвёртого поколения». (Только в нашем случае «за грехи матерей».) Истина печальная и несправедливая, но именно она даёт семя для нужной концовки — вернее, для той, кою хотелось узреть. И режиссёр не подкачала: жирная точка поставлена в веренице боли и страдания, бесконечная петля не жизни, а существования разомкнута. Однако стремление продвинуть современные взгляды сыграло с лентой дурную шутку. Введённая в канву девичья любовь оказалась ни к селу, ни к городу. Эх, ежели вычеркнуть сея прекрасные полчаса из хронометража и передать их той же развязке, глубинная идея заиграла бы буйством красок и засияла бы ярче отполированного бриллианта. Но — увы! — сценарное перо пустилось в раскрытие иных «семейных» взаимоотношений, доведя их до горького рыдания от осознания утраты. Правда, кому плачь местной Ярославны нужен и кого он тронет за душу — неясно, ибо на крокодиловы слёзы абсолютно чихать с высокой колокольни. И всё же «Корни» не так уж плохи: смотрятся бодро, хоть и требуют трепетного внимания к мелким деталям. Чем ближе картина к завершению, тем сильнее атмосфера давит на восприятие, увлекая в сумасброднейшие пучины. Эпилог же оставляет с навязчивым вопросом: было ли всё на самом деле? И тут каждый волен интерпретировать увиденное так, как ему заблагорассудится.

Оценка — 6,5 из 10

«They’re already here.»

Когда-то давно общество лишь смутно догадывалось о многих вещах, кои ныне кажутся обыденными. Над умами и сознаниями людей царила метафизика: мир объяснялся волей высших, неведомых сил. Однако с наступлением XIX века воззрения резко качнулись в сторону материального толкования бытия. Торжество науки нашло отражение во всех сферах человеческой деятельности и, разумеется, не миновало литературу. Авторы принялись массово грезить о будущих свершениях, опираясь на текущие достижения техники, — так и зародился жанр научной фантастики. Впрочем, не каждому по сердцу футуристичные рассказы о том, что воспоследует через сотни лет. Куда притягательнее порой оказывается нечто приземлённое, почти осязаемое. И, будучи впечатлённым утопичными веяниями своего времени, Герберт Уэллс в 1897 году издаёт научный роман «Война миров» («The War of the Worlds»), в коем описывает марсианскую интервенцию на Землю. Труд возымел невероятный успех, и спустя добрую сотню с копейкой лет текст Уэллса был переработан в сценарий для одноимённого фильма «отца блокбастеров» Стивена Спилберга. Боле подходящего для столь громкой работы режиссёра и вообразить трудно. К сожалению, на релизе картина вызвала как массу восторженных возгласов, так и немалое возмущение, понеже многое из того, что простительно писателю конца XIX столетия, перекочевало на большие экраны безо всяких правок с учётом современных представлений и знаний. Кроме того, местами из сюжета были вырезаны логичные и полностью обоснованные мотивы. Вот об этих-то «гениальных» сценарных решениях я вам сегодня и поведаю.

Герберт Уэллс (Herbert George Wells, род. 21 сентября 1866, Бромли, Англия)

Стивен Спилберг (Steven Allan Spielberg, род. 18 декабря 1946, Цинциннати, Огайо)

Перед водружением коня на d5 обозначу важное пояснение: упор на первоисточник делать не стану. Лента 2005 года — самостоятельное произведение. В кинотеатрах ведь к билету не прилагался книжный томик для обязательного ознакомления перед сеансом. А раз бумажных спутников не выдавали, то со Спилберга и взятки гладки. Тем не мене, и полностью вычёркивать оригинал из повествования не намерен — лишь лаконично вплету несколько штрихов для наглядности в словеса.

Главное и, пожалуй, наиболе поразительное по глупости допущение — способ доставки пришельцев по месту назначения. Никаких кораблей на горизонте не показано, а следовательно, лучи-молнии били прямиком с Марса на Землю, без транзитных пересадок и передышек. При скорости, достигающей около половины световой, инопланетяне — пусть даже крепче и выносливее местных аборигенов — гарантированно превратились бы в шарф, а не в пилотов треножников, начавших вторжение.

Следом идёт целая вереница напастей из того же русла, но уже связанных с машинами, покоящимися под двумя жалкими метрами грунта тысячи лет. Загибаем пальцы.

• Во-первых, почему продвинутая раса прилетела, закопала орудия и отчалила восвояси?

• Во-вторых, даже ежели допустить наличие неведомых причин, зачем спустя века пользоваться устаревшей техникой?

• В-третьих, коли марсиане уже бывали на нашей планете, отчего не взяли пробы воды, воздуха и почвы на анализ патогенов?

Видимо, освоение космоса автоматически запускает процесс деградации до состояния сибирского валенка.

Кадры взяты с сайта IMDb

В книге оба момента логически обоснованы. Прибывали чуды-юды в капсулах и уже на месте собирали треножники. Их задача заключалась в подготовке к полномасштабному переселению вымирающей расы на новые просторы. Разведка не имела сторонней поддержки — ресурсов попросту не хватало. Банальной неожиданностью для них стало воздействие земной гравитации: кальмары едва могли приподнять щупальца и, будучи прибитыми к полу тяжестью собственной плоти, передвигались на карачках в ходе монтажных работ — словно механик дядя Вася после осушения вкуснейшей бутылочки холодненькой.

Благо в злополучный день он не дошёл поутру до кондиции, внял советам Тома Круза и поставил автомобиль на колёса. Впрочем, остаётся загадкой, каким магическим образом замена соленоида помогла восстановиться электроприборам после ЭМИ-удара. Притом в гараже у героя стоял аналоговый зверь, не подверженный электромагнитным воздействиям ввиду сугубо механической начинки. Видимо, спасаться во время апокалипсиса в маслкаре — не комильфо, а жутчайший моветон; обязательно нужен минивэн, ибо у них защита проводки выше, нежели у самолётов. Не зря же машина выстояла и после второго импульса, когда на дом тётушки рухнул и разлетелся вдребезги авиалайнер вследствие отказа всех бортовых систем управления. Черканите себе где-нибудь: Plymouth Voyager 1993 года — настоящий четырёхколёсный семейный БТР.

Том Круз (Thomas Cruise Mapother IV, род. 3 июля 1962, Сиракьюс, Нью-Йорк)

Однако всё вышеперечисленное — лишь пожухлые цветочки; сочнейшие ягодки ожидают впереди. До крайности поражает бессмыслица самого переселения. В фильме пришельцы собирают людей, дабы обратить их в удобрение для роста марсианской флоры. Зачем, правда, на Земле распространять родные вьюнки — непонятно: дышать-то сопостаты умеют и нашей атмосферой, что предельно доходчиво показано в сцене обследования дома. В оригинале же всё ясно как день: инопланетяне питались людской кровью, оттого и занимались жатвой, поддерживая пленников в еле живом состоянии до полного истощения. Параллельно сей факт служил тонкой аллюзией на то, как буржуины выжимают последние соки из пролетариев. У Спилберга же, в отличие от Уэллса, вышли какие-то чересчур хитроумные агрономы — и всё.

Перед занавесом не могу не упомянуть сверхчеловека Джастина Чэтвина в роли старшего сына Робби — персонажа, будто зачатого от владыки Зевеса. Выжить в самом пекле и не пострадать ни на йоту — достижение, достойное мифа. Да, в оригинале автор также наградил брата главного героя чудесным спасением: тот бежал на гражданском судне, что чуть было не ушло под воду, ежели бы на помощь не пришёл миноносец «Сын грома», а следом и целая армада броненосцев не пошла в атаку на треножники. Спасение же жены описано куда фееричнее, но об этом сказано полслова: эдак схоронилась у родственников на даче по наказу мужа — и вуаля, счастливый конец обеспечен, семья в сборе и в добром здравии, пусть и на руинах родного дома.

Джастин Чэтвин (Justin Chatwin, род. 31 октября 1982, Нанаймо, Британская Колумбия)

И, наконец, кульминация. Финал следует канонам первоисточника почти дословно. Казалось бы, чего тут браниться — только радоваться. Однако напомню: роман написан в конце позапрошлого столетия, когда человечество не ведало и половины того, что ныне известно множеству с пелёнок. Будь действие перенесено в соответствующую эпоху — вопросов бы не возникло. Но в современном антураже подобное решение выглядит криво и походит скорее на пародию, нежели на серьёзное кино. Будто режиссёра накрыла лютейшая лень, и он в одно мгновение отказался от адаптации, предпочтя буквальное следование тексту Уэллса из-за скупости собственного видения победы над интервентами. А жаль — могло выйти нечто поистине грандиозное, с размахом на целую франшизу.

Кадры взяты с сайта IMDb

В итоге молвлю о том, что многое из сказанного мною худо-бедно прощается. Таки лента вкушается на одном дыхании, живописна и воспринимается как самостоятельное произведение в отрыве от книги. Да, детали порой до безумия смутные, но введены в угоду драматургии и экшену. К примеру, те же детишки временами невыносимо раздражают, напрочь игнорируя отцовскую заботу даже в условиях кромешного ужаса, хотя прекрасно видят безвыходность сложившейся ситуации. Но Том Круз чертовски хорош: он стойко парирует все несправедливые выпады, приводя зрителя в чистейший восторг. Посему, невзирая ни на что, я так люблю «Войну миров». Сколько раз за свою жизнь я пересматривал сие творение — не упомню; как пить дать, несколько десятков. И уж точно обращусь к нему ещё не раз. Диковинное научно-фантастическое полотно как развлекательный «аттракцион» работает на твёрдую десятку, а на прочие мелочи я с рыцарской стойкостью смежаю очи. Моё сердце никогда не перестанет роптать при дьявольском гуле надвигающегося треножника.

Оценка — 10 из 10